Российские банки: сокращение маржи на фоне исторически низких процентных ставок
28.01.2021 \ Тенденции рынка
В то время как российская экономика продолжает бороться с последствиями пандемии COVID-19, российские банки столкнулись с новой проблемой — ожидаемым сокращением чистой процентной маржи на фоне исторически низких процентных ставок. S&P Global Ratings обнародовал новое исследование, в котором делает заключение, что в целях адаптации бизнеса к низким процентным ставкам и урегулирования последствий пандемии российские банки будут в большей степени ориентироваться на повышение эффективности операционной деятельности, развитие цифровизации и усиление своих позиций в розничном сегменте. NBJ публикует ключевые выводы этой работы. По мнению экспертов S&P Global Ratings, перспективы развития банковского сектора целиком будут зависеть от темпов восстановления российской экономики. Различные сценарии будут иметь различные последствия для показателей стоимости риска и темпов роста в банковском секторе, а будущие решения Банка России в сфере денежно-кредитной политики будут оказывать влияние на чистую процентную маржу банков и, в конечном счете, на их прибыльность. Отмечая эту неопределенность, они рассматривают три макроэкономических сценария, включающих различные варианты изменения процентных ставок в 2021-2022 гг. и потенциальное влияние каждого сценария на банковский сектор. Базовый сценарий В S&P Global Ratings предполагают, что темпы роста российской экономики составят 2,9% в текущем году и 2,7% в 2022 г. благодаря восстановлению мировой экономики, увеличению объема нефтедобычи и ослаблению влияния ограничительных мер, связанных с COVID-19, на экономическую активность в России. В этом сценарии эксперты компании ориентируются, что цена на нефть марки Brent будет составлять в среднем 50 долл. / барр. в 2021-2022 гг. Потенциальные санкции со стороны США, вероятнее всего, будут не очень значительными и окажут ограниченное влияние на экономику. Они считают, что отмечавшееся в последнее время усиление инфляции является временным, и ожидают, что индекс потребительских цен вернется к целевому значению, установленному Банком России, благодаря укреплению курса рубля и все еще невысокому совокупному спросу. Как следствие, прогнозируют, что период смягчения денежно-кредитной политики продолжится и ключевая ставка Банка России останется без изменений в течение 2021 г. Постепенная нормализация денежно-кредитной политики, вероятнее всего, начнется во втором или третьем квартале 2022 г. Сценарий «более низкие процентные ставки дольше, чем ожидалось» Очень медленный процесс вакцинации в мире и быстрое распространение нового штамма вируса COVID-19 приведут к более длительным ограничительным мерам в развитых странах и значительно более медленному восстановлению экономики в странах, которые являются основными торговыми партнерами России. Результатом будет снижение цен на нефть и более медленное увеличение объемов нефтедобычи в России. Сильное дезинфляционное давление сохранится в России до конца 2021 г. вследствие слабого потребительского спроса и низких темпов экономического роста. Индекс потребительских цен будет устойчиво ниже целевого уровня, установленного Банком России, начиная уже со второго квартала 2021 г., а ключевая ставка Банка России останется на уровне ниже 4,0% как минимум до середины 2022 г. Сценарий раннего ужесточения денежно-кредитной политики Значительная девальвация рубля, например, вследствие существенно более жестких международных санкций, чем предполагают эксперты компании в своем базовом сценарии, поддерживает инфляционное давление, начавшееся в конце прошлого года. Более активное восстановление потребления, обусловленное более высокими темпами роста мировой и российской экономики, также способствует росту цен. Инфляционные ожидания оказываются на значительно более высоком уровне, чем в 2020 г., а годовой показатель инфляции приближается к 6,0-7,0%. Банк России начинает ужесточать денежно-кредитную политику со второго полугодия 2021 г., а ключевая ставка достигает 5,5% в середине 2022 г. Снижение чистой процентной маржи будет оказывать давление на показатели прибыльности По оценкам S&P Global Ratings, в ближайшие два года чистый процентный доход российских банков будет на 1,4-1,6 трлн руб. (19-21 млрд долл.) меньше того объема, который они могли бы получить, если бы средний показатель чистой процентной маржи в банковском секторе оставался на уровне 4,0% (в соответствии с данными на 1 октября 2020 г.). Эксперты компании ожидают, что этот показатель может снизиться на 50-75 базисных пунктов (б. п.) в 2021 г. — до исторического минимума 3,25-3,50% — и потенциально еще на 25 б. п. в 2022 г. Сокращение потерь по кредитам и рост комиссионного дохода будут недостаточными для компенсации ожидаемой потери чистого процентного дохода. Коэффициент рентабельности среднего капитала (return on average equity — ROAE), вероятнее всего, снизится примерно на 2,0-3,0 процентных пункта (п. п.) — до 10,5-11,5%, при этом чистая прибыль составит 1,2-1,3 трлн руб. в 2021 г. Дальнейшее снижение стоимости риска и меньшее давление на показатели чистой процентной маржи в 2022 г. поддержат общую прибыльность банков, однако коэффициент ROAE, вероятнее всего, останется ниже 13%, отмечавшихся до кризиса. Прогнозы S&P Global Ratings отражают базовый сценарий, предусматривающий относительно мягкую денежно-кредитную политику в России в 2021 г. и ее постепенное ужесточение в 2022 г., при котором ключевая ставка составит 4,75% в конце 2022 г. Ожидаемое снижение чистой процентной маржи будет обусловлено главным образом ускоренным снижением доходности кредитов в сравнении со стоимостью привлечения депозитов в 2021 г. По их оценкам, доходность процентных активов может снизиться примерно на 100-120 б. п. — до 6,7-6,9% к концу 2021 г. — и немного повыситься во втором полугодии 2022 г. Вместе с тем сокращение стоимости фондирования не будет превышать 40-50 б. п. в 2021 г., и средний показатель составит 3,7-3,8%. Также эксперты компании отмечают несколько причин относительно быстрого снижения процентных ставок по кредитам и доходности активов в ближайшие месяцы:
Они полагают, что у российских банков имеются лишь ограниченные возможности для дальнейшего снижения ставок по депозитам и затрат на фондирование в отсутствие дальнейшего значительного снижения ключевой ставки. "Банки оказались неспособны снижать стоимость фондирования теми же темпами, которыми снижалась ключевая ставка в 2020 г. Кроме того, в текущей ситуации им все труднее привлекать новые розничные депозиты для финансирования роста. Это обусловлено снижением реальных располагаемых доходов, а также усилением конкуренции с финансовыми рынками. Они отмечают, что в октябре 2020 г. средняя процентная ставка по средствам розничных клиентов достигла исторического минимума 3,29%, а реальная ставка продолжала снижаться, составив -0,7%. По их мнению, розничные вкладчики будут менее охотно хранить средства в банках, если те продолжат снижать ставки по депозитам". Более медленное восстановление экономики и более низкий уровень ставок могут стать более серьезной проверкой на прочность В то же время они не исключают вероятности другой динамики ключевой ставки в ближайшие два года — в зависимости от инфляционных ожиданий, темпов восстановления экономики и волатильности российской валюты. Например, в случае значительно более медленного восстановления экономики, чем предусматривает их базовый сценарий, и сильного дезинфляционного давления ключевая ставка может быть ниже ткущего уровня на протяжении более длительного периода. Этот сценарий окажет более значительное давление на показатели прибыльности российских банков, главным образом в связи с большим объемом потерь по кредитам (относительно уровня, предусмотренного базовым сценарием), даже несмотря на улучшение способности некоторых клиентов обслуживать и погашать долг благодаря более мягким денежно-кредитным условиям. Давление на показатели чистой процентной маржи в этом случае будет менее значительным в 2021 г. вследствие все еще высокой премии за кредитный риск и замедления темпов снижения процентных ставок по кредитам, но оно вновь усилится в 2022 г. По оценкам S&P Global Ratings, реализация этого сценария, при котором ключевая ставка снизится до 3,75% в ближайшие месяцы и лишь немного повысится во втором полугодии 2022 г., обусловит сокращение совокупной чистой прибыли банков на 0,5-0,7 трлн руб. в 2021-2022 гг. по сравнению с показателем базового сценария, а средний коэффициент ROAE снизится примерно до 9%. С другой стороны, сильное инфляционное давление может привести к тому, что Банк России начнет повышать ключевую ставку раньше, чем они ожидают, — уже с середины 2021 г., при этом ключевая ставка достигнет 5,5% к середине 2022 г. В рамках этого сценария показатель чистой процентной маржи, вероятно, снизится не более чем на 20-30 б. п. в 2021 г. и затем быстро восстановится до уровня 2020 г. Вместе с тем нормализация потерь по кредитам обусловит повышение показателей прибыльности, средний коэффициент ROAE составит 14% в указанный период, а чистая прибыль достигнет 2,0 трлн руб. к концу 2022 г. Рост комиссионного дохода не спасет показатели чистой прибыли банков В S&P Global Ratings ожидают, что рост комиссионного дохода составит 10-15% в год в 2021-2022 гг. Вместе с тем роль комиссионного дохода для генерирования операционного дохода повысится, а средняя доля комиссионного дохода в структуре операционного дохода увеличится с 18% в 2019 г. (по МСФО) до 22-24%. Тем не менее, несмотря на восстановление экономики после кризиса, темпы роста комиссионного дохода останутся ниже, чем в 2016-2019 гг. Это отражает ожидаемое снижение темпов роста необеспеченного розничного кредитования в ближайшие два года (относительно уровня предыдущих лет), что, в свою очередь, будет сдерживать рост агентского комиссионного вознаграждения и комиссионного дохода от продажи схем финансовой защиты. В последние три года эти два источника комиссионного дохода были основными факторами, определявшими его динамику в банковском секторе, и оба были тесно связаны с ростом розничного кредитования. Аналогичным образом, недавние инициативы Банка России, способствующие снижению комиссий за переводы между физическими лицами (peer-to-peer) и между физическими и юридическими лицами (peer-to-business), также будут сдерживать рост комиссионного дохода до конца 2022 г. "Эксперты компании отмечают, что комиссии по розничным кредитам, комиссии за проведение платежей и комиссии за эквайринг в совокупности составляют более двух третей комиссионного дохода банковского сектора. В то же время сильная тенденция к развитию экономики, основанной на безналичных расчетах, и электронной коммерции будет поддерживать рост комиссий за проведение платежей и обслуживание банковских карт в среднесрочной перспективе". Принимая во внимание снижение показателей процентной маржи, банки будут все больше стремиться генерировать непроцентный доход. Однако ожидаемый рост комиссионного дохода будет очень неравномерным в банковском секторе. В S&P Global Ratings полагают, что в ближайшие два года основная доля прогнозируемого роста комиссионного дохода будет приходиться на банки с наиболее высоким уровнем цифровизации, поскольку в сравнении с банками с низким уровнем цифровизации они будут демонстрировать:
Вместе с тем банки, которые ориентируются главным образом на обслуживание корпоративных клиентов и недостаточно быстро проводят цифровую трансформацию, могут характеризоваться очень медленным ростом комиссионного дохода и более сильным давлением на показатели прибыльности вследствие более низких показателей чистой процентной маржи. Цифровая гонка заставит банки увеличивать расходы Эксперты компании ожидают, что в ближайшие два года операционные расходы российских банков будут расти примерно на 5-7% в год. Они не прогнозируют существенного улучшения среднего коэффициента «затраты / доходы» который, вероятнее всего, будет составлять 0,44-0,46х вследствие давления на показатели чистого процентного дохода и снижения темпов роста операционного дохода. Также они полагают, что значительная разница в уровне операционной эффективности затрат российских банков сохранится, при этом ПАО Сбербанк сохранит лидирующие позиции на рынке, а некоторые другие государственные банки останутся в числе отстающих. В деятельности банковского сектора сохранятся две основные тенденции, оказывающие влияние на динамику затрат. Банки продолжат снижать затраты, сокращая расходы на инфраструктуру подразделений, непосредственно взаимодействующих с клиентами (front office), занимающихся обработкой и выполнением операций (middle office), а также расходы на аренду. Эта тенденция отражает дальнейшее сокращение традиционной филиальной сети, рост эффективности функций back office и middle office и распространение цифровых каналов продаж большинства базовых банковских продуктов. Банкам придется и в дальнейшем вкладывать значительные ресурсы в технологическую трансформацию, развитию которой способствуют высокая конкуренция, спрос со стороны технологически грамотных клиентов и превращение банковских продуктов в товар массового потребления (коммодитизация). Растущие расходы будут включать постоянное привлечение IT-специалистов, инвестиции в программное обеспечение и оборудование, а также платежи поставщикам IT-услуг и консультантам. Мы полагаем, что средняя доля затрат, связанных с информационными технологиями, может составлять 15-17% совокупных операционных расходов банков. Дополнительные расходы могут быть связаны с защитой данных и обеспечением кибербезопасности. По их мнению, объем расходов, связанных с текущими капиталовложениями в технологическую трансформацию, и в дальнейшем будет превышать объем экономии средств, получаемой банками от этой трансформации. В то же время эксперты комипании делают допущение, что у российских банков есть некоторые возможности для дальнейшего повышения производительности и эффективности. С одной стороны, российский банковский сектор уже характеризуется одним из самых низких в мире коэффициентов «затраты / доходы», что в некоторой степени отражает более благоприятные процентные ставки и более высокие показатели чистой процентной маржи в России, например в сравнении с Европой. Однако показатель расходов российских банков на единицу активов по-прежнему намного выше, чем у сопоставимых европейских и азиатских финансовых организаций с более высоким уровнем цифровизации: в 2019 г. коэффициент «затраты / активы» составлял почти 2,25% по сравнению с 0,75% в Норвегии и 0,81% в Китае. Снижение потерь по кредитам немного ослабит давление В S&P Global Ratings прогнозируют постепенную нормализацию потерь по кредитам в 2021-2022 гг. на фоне ожидаемого восстановления экономики и проведения мягкой денежно-кредитной политики. В их базовом сценарии прогнозируется, что стоимость риска в банковском секторе снизится до 1,5-2,0% в 2021 г. и 1,25-1,5% в 2022 г. (по МСФО) по сравнению примерно с 2,3-2,5% (оценка) в 2020 г. Однако стоимость риска не достигнет докризисного уровня (1,0%) как минимум до 2023 г., поскольку банки продолжат формировать резервы на возможные потери по проблемным активам, накопленным в период пандемии (главным образом по корпоративным кредитам). Снижение потерь по кредитам в ближайшие два года по сравнению с уровнем 2020 г. немного ослабит давление на показатели прибыльности, обусловленное снижением чистой процентной маржи. Более раннее ужесточение денежно-кредитной политики может привести к замедлению темпов снижения стоимости риска в связи с увеличением бремени платежей и, как следствие, с более длительным восстановлением финансового положения проблемных заемщиков после пандемии. В долгосрочной перспективе они отмечают возможность снижения средней стоимости риска относительно среднего показателя 2,1% в 2010-2017 гг. Это отражает несколько структурных изменений в банковском секторе в последние два-три года:
Влияние на кредитоспособность будет умеренным, но некоторые банки останутся более уязвимыми В базовом сценарии S&P Global Ratings не прогнозируется ухудшения кредитоспособности российских банков вследствие снижения показателей прибыльности. Эксперты ожидают, что снижение этих показателей обусловит замедление генерирования капитала в банковском секторе, но позволит поддерживать ожидаемый рост кредитования на уровне примерно 8-10% в год без существенного негативного влияния на коэффициенты достаточности капитала. Вместе с тем, поскольку прибыльность является «первой линией защиты» от убытков, ее снижение в целом приведет к снижению устойчивости сектора к новым факторам стресса. Например, значительное ухудшение условий операционной деятельности, при котором стоимость риска повысится до уровня, отмечавшегося в 2015 г. (около 3,0-3,5%), может обусловить чистые убытки сектора и заставить Банк России вновь рассматривать возможность временного смягчения требований к достаточности капитала. Аналогичным образом показатели достаточности капитала в банковской системе в целом могут снижаться быстрее в случае роста спроса на кредитование. Также отмечается, что влияние снижения чистой процентной маржи на бизнес и кредитные профили банков будет разным для разных банков. По мнению экспертов компании, банки с более сильной ориентацией на низкомаржинальный бизнес в корпоративном сегменте и значительно более низким, чем у сопоставимых финансовых организаций, уровнем технологической трансформации в сложившейся ситуации уязвимы в наибольшей степени. И без того низкие показатели маржи могут заставить банки, ориентирующиеся на корпоративный сегмент (в частности, некоторые государственные банки), увеличивать объем кредитования проектов с более высокими рисками или поддерживать еще более низкую маржу, чтобы избежать оттока клиентов. Кроме того, отставание в уровне цифровизации затруднит развитие бизнеса некоторых банков в розничном сегменте, ограничивая возможности роста комиссионного дохода и обусловливая более низкую эффективность операционной деятельности по сравнению с аналогичными показателями сопоставимых организаций. В S&P Global Ratings полагают, у российских банков мало возможностей для сохранения показателей чистой процентной маржи и ROAE в ближайшие два года. В их числе прогнозируется следующие. - Растущая зависимость от текущих счетов физических лиц по сравнению со срочными депозитами. В последние три года доля рублевых текущих и сберегательных счетов в совокупном объеме средств физических лиц увеличилась с 18,5% до 34,1%, при этом увеличение было особенно значительным в 2020 г. По нашим оценкам, в последние три года эта тенденция обусловила снижение стоимости средств розничных клиентов для банковского сектора примерно на 45 б. п. - Усиление ориентации на розничное кредитование. Продукты потребительского кредитования, включая необеспеченные розничные кредиты, останутся более прибыльными, чем кредиты корпоративным клиентам, в связи с более высокими показателями маржи и комиссионного дохода, включая комиссии за перекрестные продажи, и даже несмотря на более высокий уровень ожидаемых потерь по кредитам. В связи с этим ожидается усиление конкуренции в сегменте потребительского кредитования, что может привести к более агрессивному ценообразованию и принятию рисков, дополнительному давлению на показатели чистой процентной маржи и повышению затрат на маркетинг и привлечение клиентов. В настоящее время прогнозы по рейтингам большинства российских банков — «Стабильные»: S&P Global Ratings также не ожидает, что снижение показателей прибыльности будет оказывать значительное давление на достаточность капитала банков в ближайшее время, а банки остаются хорошо капитализированы. Там могут пересмотреть оценку показателей капитализации конкретного банка, если его темпы роста кредитования будут существенно превышать темпы генерирования капитала вследствие снижения показателей прибыльности, что будет оказывать давление на коэффициенты достаточности капитала. Аналогичным образом, компания может пересмотреть оценку бизнес-позиции банка в случае значительного снижения прибыли, которое создаст угрозу для положения банка на рынке и для устойчивости его бизнес-модели в среднесрочной перспективе. Стремление банка участвовать в проектах с высоким уровнем риска и более агрессивное управление риском в целях сохранения маржи также могут обусловить пересмотр оценки S&P Global Ratings его профиля рисков и рейтингов.
Источник - NBJ
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий. |
|