Аналитика: «Наши отношения складываются в позитивном направлении» - Интервью Г.А.Тосуняна корпоративному журналу Альфа-Банка - "Альфа-Навигатор"

26.04.2011   \  Аналитика АРБ


«Наши отношения складываются в позитивном направлении»

(Интервью Г.А.Тосуняна корпоративному журналу Альфа – Банка - "Альфа - Навигатор", опубликовано на внутреннем новостном портале банка 26 апреля 2011 г.)

В этом году исполнилось 20 лет Ассоциации российских банков (АРБ), в которую входит и наш Банк. Будучи членом АРБ с года создания организации, "Альфа" как один из первых частных банков принимала активное участие в становлении банковской системы страны. О том, какие функции Ассоциация выполняет сейчас, как складывались ее отношения с Альфа-Банком, над какими проектами они работали совместно, "Альфа-Навигатору" рассказал президент АРБ Гарегин Тосунян.

— Гарегин Ашотович, расскажите пожалуйста о себе. Что Вас привело в Ассоциацию российских банков?

— Когда создавалась Ассоциация, я был президентом «Технобанка», который создал в 1990 году. В 1991 году я приехал на первый съезд Ассоциации как участник рынка. Съезд собрал людей из разных регионов. Я увидел, что предполагается создать корпоративное объединение, первой целью которого будет коллективно воздействовать на происходящие в банковской системе страны процессы.

Меня на этом съезде совершенно случайно ввели в состав Совета. Я этого не ожидал — ведь как и всегда в подобных случаях, кандидатуры в Совет были определены заранее. Но после моего выступления банкиры Самары и Саратова подошли ко мне и сказали — мы тебя выдвигаем в Ассоциацию, потому что мы сами каждый день в Москву не наездимся, а то, что ты сказал, соответствует нашему видению. Я сначала не хотел, но им удалось убедить меня войти в Совет. А потом буквально на первом совете избрали вице-президентом, а в 1994 году – первым вице-президентом, всё это на общественных началах. А в 2002 году меня избрали Президентом АРБ.

— Как развивалась Ассоциация?

Процесс становления шел непросто – в начале это была структура, которую Центробанк не видел и не воспринимал, другие организации знать не знали, что это такое. А потом постепенно мы встали на ноги. В банковском сообществе было много — и есть сейчас —— ярких людей, которые двигали и поддерживали Ассоциацию, был такой коллективный энтузиазм. Во главе Ассоциации встал Сергей Ефимович Егоров – человек очень авторитетный, известный во властных структурах, потому что он был управляющим Российской республиканской конторой Госбанка СССР. Он был человеком, умеющим находить со всеми общий язык, сплачивать, общаться с властными структурами. И он с коллегами-банкирами постепенно вывел Ассоциацию на такой уровень, что уже даже в середине 90-х годов при назначении Председателя центрального Банка спрашивали мнениe Ассоциации. После дефолта 1998 года мы были в дауне – потому что мы фактически не смогли предотвратить его. Среди участников было разобщение — каждый стремился спасти себя. Но постепенно мы смогли выйти из этого кризиса и вернуть вес и значимость в российском банковском сообществе.

— Как Вы оцениваете роль частных банков в экономике России?

— Очень высоко, потому что частный капитал несет в себе совершенную иную философию, нежели ставленники государства, банки с государственным участием — при всем моем уважении к государственным предприятиям, во главе которых часто стоят умные, продвинутые менеджеры. Философия частного капитала — независимость, и в этом его изюминка— он самостоятельно мыслит, он умеет уважать и позицию другого самостоятельно мыслящего. Хотя могут быть всякие отклонения – он может пытаться спекулировать своим масштабом, значимостью, потому что частный капитал очень зациклен на своем интересе. Но это и хорошо – ведь если у тебя нет своего интереса, то ты не поймешь интереса других. Ты не сумеешь «прочитать» интереса коллективного, корпоративного, ты не сумеешь «прочитать» интерес государства. Поэтому нужно приложить максимум усилий, чтобы доля частного сектора и в банковской системе, и в экономике росла. Но росла диверсифицированно – ведь частный капитал также опасен, если он монополизировал рынок. В этом случае он вряд ли сильно отличается от государственной монополии. Когда государство в лице отдельных личностей монополизирует активы под собой – это тот же частник, который решил, что государство — его частный карман. Когда частник монополизирует, он также думает, что государство его личный карман, который он использует в своих целях. Поэтому очень важно уйти от одной и другой кранйости и создать нормальную конкуренцию.

— Какие принципы лежат в основе отношений Ассоциации и банков-участников?

— В-первую очередь, это принцип взаимоуважения внутри самой Ассоциации и между всеми ее членами, независимо от их масштаба. Мы, конечно, понимаем, что влияние более крупного игрока на банковском рынке отличается от влияния более мелкого, но очень важно равноправие членов в рамках Ассоциации, равноправие в процессе выработки мнений. Каждый член Ассоциации имеет право голоса. Очень важный принцип — принцип круглого стола, который внутри Ассоциации позволяет обеспечивать диалог всех участников, культуру дискуссии. Эта культура предполагает уважение мнения каждого из участников Ассоциации, отсутствие позиционирования какими-либо участниками себя как особо крупных, которые не будут садиться за круглый стол, а сразу пойдут решать вопрос в коридорах власти. Здесь, как говорится, не хочешь — не участвуй, хочешь — участвуй по тем принципам, которые разделяются всеми участниками. Это то, что называется подлинной демократией. Когда в корпоративной сфере культивируются основные принципы демократии, тогда больше шансов, что эта культура будет проникать и в общество, а когда она слабо представлена даже в корпорациях, то рассчитывать на ее реалиазацию в обществе труднее. В этом случае в обществе будет превалировать и высокомерие, и хамство, и пренебрежение интересами менее защищенных слоёв. У меня есть ощущение, что через работу в нашей корпорации что мы можем значительным образом, по крайней мере, косвенно, помочь формировать ту новую культуру в обществе, при которой я хотел бы, чтобы жили мои дети — без избыточного снобизма, с уважением интересов каждого. У нас этой культуры очень не хватает, а в рамках Ассоциации она постепенно вырабатывается, несмотря на все сложности общения на банковском рынке. Мне очень важен этот культурологический аспект, хотя на первый взгляд кажется, что к банковской системе он не имеет прямого отношения, но на деле, уверен, имеет отношение ко всему, что происходит в обществе.

Очень важна понятность процедур, по которым работает Ассоциация. Потому что Ассоциация — это открытая площадка, на которой каждый из участников может вносить вопрос, находить соответствующих интересантов, чтобы этот вопрос был озвучен в масштабе Ассоциации, выдвигать свои аргументы, и убеждать банковское сообщество в его приоритетности. Очень важно, чтобы Ассоциация могла бы аккумулировать коллективный корпоративный интерес. Очень важен принцип неангажированности Ассоциации — она равнозависима от каждого своего члена. Ведь если подобное объединение становится ангажированным кем-то — оно теряет интерес для всех остальных участников. Поэтому никогда АРБ не должна ассоциироваться с каким-то одним или тремя банками, какими бы влиятельными они ни были.

— А как вы можете охарактеризовать отношения Альфа-Банка и Ассоциации?

— Не скажу, что они простые, потому что за многие годы были разные периоды, разные ситуации. Наши отношения проходят через те же этапы, как и с другими членами АРБ —они например, очень теплые, когда мы вместе реализовывали какую-то идею. Альфа-Банк очень часто является носителем новых идей, инициатив, и когда он выдвигает их через Ассоциацию и находит поддержку среди широкого круга участников рынка, способствуя продвижению общих интересов — в этот момент, конечно, возникает пик теплоты. Бывают и периоды, когда оказывается, что идею «Альфы» поддерживает не самый широкий круг банков. И само руководство Ассоциации понимает, что с одной стороны, видение Альфа-Банка — в чём-то оправданное, объясняемое, может и даже разделяемое АРБ. Но с другой стороны, широким кругом участников оно не воспринимается, не разделяется, и есть другая точка зрения. А Банк начинает — это касается не только Альфа-Банка, с разными банками бывает такая ситуация — настаивать на своем. А другие говорят — да, но мы считаем, что должно быть иначе. Вот здесь вступают в силу эти принципы — давай посмотрим всё-таки, как на языке аргументов убедить других, либо так отретушировать само предложение, чтобы оно не вызывало отторжения у них . В эти периоды возникают некоторые сложности, но это тоже нормальный процесс, главное — не переходить на личности, а также на интриги и прочие неприемлемые формы игры. Но со временем мы достигаем понимания и находим общий язык, потому что мы все люди неглупые, и, что самое главное — Альфа-Банк является носителем философии частного банка, а это огромное его преимущество. Потому что частный банк всё равно в итоге понимает, что надо уметь соизмерять свой интерес с интересами окружающих. Он от умеет отойти от так называемых аргументов «нравится - не нравится» и осознает, что надо учитывать интересы системы, находить общий язык. И тогда все амбиции, эмоции, уходят в сторону и мы находим общее решение. Так что в целом отношения складываются в позитивном направлении.

— Какие инициативы Альфа-Банка Вы считаете наиболее значимыми для банковского сообщества?

— Очень важным проектом является валютная либерализация, инициированная в 2003 году. Мы полностью поддерживали эту инициативу, несмотря на то, что там возникла некоторая коллизия. Единственное разночтение было в том, что изначально «Альфа» спешила в одном направлении — валютной либерализации, связанной с работой на внешних рынках. Мы же должны были сохранить определенный баланс сил, имея в виду либерализацию на внутреннем рынке — многие участники говорили, что есть риск «вытолкнуть» клиентуру за рубеж, потому что гораздо проще станет там кредитоваться, там обслуживаться, то есть мы сами искусственно себя обделяем. Особенно критичным это было бы для небольших структур. Получалось, что на западных рынках проще и дешевле работать. То есть надо было либерализацию на внешнем рынке дополнить либерализацией на внутреннем рынке. Состоялся диалог в рамках круглого стола, в результате которого мы достигли компромисса, и всё это решили.

А в целом даже не и не перечислить других важных законопроектов, в которых «Альфа» принимала участие — это и вопросы аккредитивов, и НДС на золото, и вопросы, связанных с залоговым правом, в процессе решения находится вопрос, связанный с долгосрочными вкладами. Мы очень многое вместе «проталкиваем» и решаем.

— Кроме долгосрочных вкладов, что бы еще Вы отметили из значимых проектов?

— Вопросы, связанные с новыми технологиями, с электронными деньгами, с национальной платежной системой. Мы, надеюсь, достигли понимания в том, что надо максимально использовать достижения ИТ-технологий, но через лицензируемую банковскую деятельность. Потому что если операторы связи смогут автономно осуществлять банковские платежи, то мы разрушим платежную систему. Здесь надо быть очень аккуратными — если кто-то и пытается это сделать, потому что не имеет интереса в банковской системе и не понимает значения лицензируемости всей платежной системы, то «Альфе» это близко и понятно. Поэтому здесь, я думаю, мы союзники — я имею в виду всех остальных участников рынка. Просто на каком-то этапе казалось, что легче разрешить операторам связи осуществлять мобильные платежи. На самом деле, с точки зрения банковского сообщества легче банковской системе использовать мобильные платежи, при этом закрепив именно за банками эксклюзивное право на эмиссию электронных денег — на осуществление этих всех технологически новых видов банковских операций. Вот в этой части «Альфа» делает много полезного, потому что действительно продвигает эти современные услуги. Я думаю, что и в интернет-банкинге, и в электронном банкинге Альфа-Банк также является одной из наиболее продвинутых структур. Главное — учитывать интересы национальной платежной системы. Потому что эмитентами электронных денег должны быть только лицензируемые кредитные организации — это важно для всего общества. Иначе мы сделаем безудержной эту эмиссию и разрушим платежную систему, потом очень долго будем собирать осколки. Я надеюсь, что здесь противоречия уже сняты.

— Альфа-Банк — ровесник Ассоциации. Что Вы можете пожелать ему на 20-летний юбилей?

— Я помню «Альфу», когда мы были еще на другой площадке, на Садовом кольце, где мы принимали банк в Ассоциацию. Я считаю, что он выполняет свою функцию носителей идеологии современного частного капитала, который, как боевая единица, умеет отстаивать свои интересы. А также умеет активно, инициативно продвигать интересы банкинга и банкизации в стране. С другой стороны, умеет уважать всех своих коллег и партнеров по бизнесу и умеет преодолеть чувство собственного масштаба, которое, к сожалению, присуще любому человеку. Мне кажется, что Альфа-Банк близок к тому, чтобы преодолеть его. За 20 лет своей жизни он приобрел очень много преимуществ, продвинулся вперед по многим направлениям. Но мало выстроить бизнес, очень важно отношение рынка, та аура, которую бизнес создает. И я хочу пожелать, чтобы и дальше он, как значимый участник рынка выстраивал свою ауру в ключе «мы с вами». Я уверен, что все эти достижения – не предел для Альфа-Банка, и ему предстоит достичь еще многих рубежей и эффективно работать как на свою пользу, так и на пользу общества.

Корпоративный журнал Альфа-Банка - "Альфа - Навигатор" 26 апреля 2011 г..
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.