Аналитика: Г.ТОСУНЯН: «За 20 лет существования Ассоциация российских банков научилась защищать не только интересы банковского сообщества, но и интересы наших граждан»

14.03.2011   \  Аналитика АРБ


Г. ТОСУНЯН: «За 20 лет существования Ассоциация российских банков
научилась защищать не только интересы банковского сообщества, но и интересы
наших граждан»

«Национальный банковский журнал», №3,2011


АРБ ищет золотую середину

Истина рождается в стенах регулятора?

НБЖ: Гарегин Ашотович, вы работаете в ассоциации с первых дней ее существования. По вашему мнению, какие достижения за 20 лет являются наиболее значимыми?

Г. ТОСУНЯН: За два десятилетия ассоциация проделала большой эволюционный путь. Мы смогли за эти годы создать мощную организацию, которая не только способна повлиять на решение текущих проблем, генерировать новые идеи для повышения эффективности бизнес-процессов, но, что самое важное, способствовать формированию единого корпоративного духа и осознанию значимости банковского сообщества в решении экономических вопросов.

Но так было не всегда. В начале пути ассоциации пришлось отстаивать свое право голоса перед надзорными органами. Так, в начале 90-х годов взаимодействие с регуляторами строилось по принципу «Кто вы, собственно говоря, такие?». Но благодаря систематической работе, поддержанию постоянного диалога нам удалось кардинально изменить ситуацию. Сегодня наше взаимодействие с органами власти, с регулятором можно вполне охарактеризовать как партнерские отношения.

Конечно, не во всех вопросах нам удается достичь взаимопонимания, и поэтому у нас практически никогда не угасают споры и дискуссии. Например, уже несколько лет банковское сообщество ведет спор с правительством и регулятором о целесообразности повышения минимального размера капитала. Также мы активно обсуждаем возможность использования мотивированного суждения при применении санкций. Пока нам не удалось прийти в этом вопросе к единому мнению, а потому обмен аргументами и соображениями будет происходить и дальше. Это нормальный рабочий процесс. Главное, что правительство и Центральный банк прислушиваются к мнению банковского сообщества, которое доносит ассоциация, и находятся с нами в постоянном рабочем диалоге.

НБЖ: К сожалению, не всегда прислушиваются.

Г. ТОСУНЯН: В некоторых вопросах нам удается сразу достигнуть взаимопонимания. На XX съезде АРБ мы ставили вопрос о необходимости снижения ставки рефинансирования. Тогда со стороны регулятора мы не встретили поддержки. Однако спустя месяц Центральный банк начал снижать ставку рефинансирования. Правда, потом регулятор очень «увлекся» этим процессом, и в результате ставка рефинансирования опустилась до рекордно низкой отметки – 7,75%. В определенный момент мы были вынуждены даже обратиться к Центральному банку с просьбой несколько «притормозить» снижение, потому что оно влечет за собой опасность изменения выбранного тренда. Если ставка рефинансирования начнет расти, то на рынке появятся негативные ожидания.

Стоит отдать должное Центральному банку, который умеет слушать и принимать во внимание даже те аргументы, с которыми не согласен. Когда инфляция пошла вверх, все ожидали, что Центральный банк поднимет ставку рефинансирования. Однако регулятор пока действует очень осторожно и, в частности, в январе этого года не стал повышать ставку. Мы полагаем, определенное воздействие на решение регулятора оказали и наши аргументы. Тем более что они звучали не только из уст руководителей ассоциации, но руководителей банков и авторитетных экспертов.

Но, как вы справедливо отметили, не всегда нам удается донести свою точку зрения до надзорных органов или, точнее, не всегда мы получаем реакцию так быстро, как ожидаем. Иногда для того, чтобы аргументы были услышаны, требуется несколько лет. Например, десять–пятнадцать лет назад вопросы создания системы страхования вкладов и бюро кредитных историй казались тупиковыми. Однако сегодня эти организации успешно работают на банковском рынке. Или еще один пример – институт финансового омбудсмена. Нормативно-правовую базу для создания этого института мы подготовили шесть лет назад, однако только спустя пять с половиной лет финансовый омбудсмен наконец появился. Вероятно, когда этот институт достигнет определенных масштабов, он выделится в отдельную структуру, которая позволит эффективно влиять во внесудебном порядке на отношения между участниками рынка.

Две стороны одной медали

НБЖ: Омбудсмен – уникальный институт. В нем принимают участие банки, но призван он в первую очередь защищать интересы граждан.

Г. ТОСУНЯН: За 20 лет существования АРБ научилась защищать не только интересы банковского сообщества, но и интересы наших граждан. Отсутствие эффективных механизмов защиты – как интересов кредитора, так и интересов клиента – приводит к росту рисков и подрывает доверие граждан к банковской системе. Во многом возникновение конфликтных ситуаций клиентов с кредитными организациями объясняется тем, что российская банковская система очень молодая, а потому еще остаются неурегулированными множество правовых вопросов. Иногда люди не знают, какими правами и обязанностями они обладают и куда они могут обратиться с той или иной проблемой. В результате в институт омбудсмена поступают самые необычные обращения. Так, недавно мне в руки попало письмо, в котором чернобылец просит оказать ему содействие в получении ипотечного кредита на льготных условиях. Понятно, что этот вопрос должен быть адресован государству, а не банку, который отказался предоставить кредит, потому что уровень доходов заемщика не соответствует политике риск-менеджмента, и тем более не ассоциации, которая, по идее, призвана защищать интересы банковского сообщества, а решение жилищных проблем выходит далеко за пределы ее поля деятельности.

Однако АРБ не оставила это обращение, как и множество других, без внимания. Мы всегда пытаемся разобраться, чем ассоциация может быть полезна людям, обратившимся к нам. Чтобы доверие населения к банковской системе и в целом к государству росло, нужно не отгораживаться от людей бюрократическими стенами, а вступать с ними в диалог, помогать в поиске решений. Так, всего за четыре месяца существования института омбудсмена удалось обработать около 900 обращений. В скором времени мы планируем их систематизировать и выпустить специальную информационную брошюру по этим вопросам.

НБЖ: Наверное, участие банков в работе омбудсмена подтверждает их желание культурно вести бизнес?

Г. ТОСУНЯН: Да, участие банков в подобных проектах подтверждает их стремление к цивилизованному ведению бизнеса, соблюдению правовых и морально-этических норм при взаимодействии с клиентами. Однако пока институт омбудсмена все-таки в основном поддерживают банки с западным участием. Но я думаю, что постепенно и остальные финансово-кредитные организации подключатся к этой деятельности.

НБЖ: А что сегодня их останавливает?

Г. ТОСУНЯН: Дело в том, что вступить в институт омбудсмена значит не просто подписать декларацию, но и взять на себя дополнительную ответственность. А сегодня бизнес не привык к этому. Он предпочитает иметь максимальную свободу выбора. Часто банки опасаются того, что если омбудсмен примет решение в пользу клиента, то потом оно будет «тиражироваться» на остальные случаи как прецедент. Могу сказать, что омбудсмен каждый случай рассматривает индивидуально, а потому трансляции одного решения на аналогичные случаи быть не может. Вступив в институт омбудсмена, банк сможет избавиться от 80–85% спорных ситуаций с клиентами. Потому что когда в качестве арбитра выступает третье лицо, гражданин гораздо активнее ведет диалог. Кроме того, клиент видит, что банк готов обсуждать проблему, рассматривать различные варианты ее решения, а значит, доверие к банку не будет подорвано после разрешения конфликтной ситуации.

НБЖ: Банкам часто приходится сталкиваться в своей работе с морально-правовыми коллизиями. Так, сегодня обсуждается вопрос о запрете рассылки кредитных карт по домашним адресам. По вашему мнению, насколько данное решение справедливо и какие последствия может иметь данный запрет в случае, если он будет введен?

Г. ТОСУНЯН: В мире широко применяется практика, когда банк высылает клиенту карту по почте. Однако существуют две формы такого взаимодействия. Первый – когда гражданин просит выслать ему новую карту взамен карты с истекшим сроком действия на дом, вместо того чтобы идти и оформлять ее в отделении банка. В этом случае никаких сомнений о правомерности действий банка не возникает, потому что гражданин уже является клиентом кредитной организации, и, более того, он знает характеристики данного продукта, так как уже пользовался им. Второй вариант – банк высылает гражданину кредитную карту, не получив предварительно его согласия. В этом случае существует риск того, что человек ввиду своей неграмотности или сложности обстоятельств активирует карту, а потом не сможет расплатиться по своим обязательствам. Здесь уже можно говорить о возникновении морально-правовой коллизии. Однако из этих действий не следует, что банк, высылая карту, хочет как-то обмануть гражданина. В данном случае кредитная организация просто использует все доступные ей каналы связи, не задумываясь об уровне грамотности потенциального клиента.

Чтобы не возникало подобных спорных ситуаций, гораздо правильнее объяснять клиентам все условия сотрудничества. И большинство банков придерживаются именно такой политики. При таком подходе у банка на первоначальном этапе затраты несколько выше, однако в скором времени они с лихвой окупаются, потому что клиент, уверенный в своем выборе, придет к ним за новыми продуктами. Но есть и такие банки, которые массово привлекают клиентов, а потом, как по конвейеру, передают дела в суд в случае возникновения неплатежей, не утруждая себя в рассмотрении причин задержек. Благо сейчас таких участников рынка, которые гонятся за сиюминутной выгодой, не так много. Большинство банков поняли, что выигрывает в конечном счете тот, кто работает в долгосрочную перспективу открыто и честно. Мы видим, как кредитные организации все больше стараются учитывать не только правовые нормы, но и морально-этические факторы. Это придает им элемент корпоративности, социального осмысления.

Например, задумайтесь, почему в АРБ сейчас зарегистрировано более 700 участников. Вероятно, потому, что у них сформировалось понимание: корпоративность создает среду, которая позволяет банкам – членам ассоциации защищать свои интересы, способствовать улучшению делового климата, укреплять доверие к себе не только как к банку, но и как к члену крупной, мощной корпорации. Участники АРБ чувствуют ответственность не только за свой бизнес, но и за то, какое воздействие они оказывают на социальную и бизнес среду, какой вклад они могут внести в создание прочной финансовой системы. Отдельно взятый банк подвержен многим негативным явлениям, а корпорация может обеспечить ему надежную поддержку и опору, когда в этом возникает необходимость. Это как в альпинизме: лучше и безопаснее двигаться вверх в связке, чем поодиночке.

НБЖ: Еще один морально-правовой вопрос – взимание банками комиссий за ведение ссудного счета. В ноябре 2009 года, рассмотрев спор одного из крупных банков с управлением Роспотребнадзора, Высший арбитражный суд признал взимание комиссии за открытие и ведение ссудного счета незаконным. ВАС подчеркнул, что открытие и ведение ссудного счета не является самостоятельной банковской услугой. Остались ли сегодня банки, которые взимают подобные комиссии?

Г. ТОСУНЯН: Действительно, комиссионные за открытие и ведение ссудного счета были отменены подавляющим большинством банков. Кредитные организации сами признали, что логичнее включить расходы за открытие и ведение судного счета в стоимость кредита. Однако после этого решения последовал целый вал судебных решений, по которым суд обязывает банки вернуть комиссию по прошлым кредитам, несмотря на то что данная комиссия была предусмотрена в договоре, который клиент подписал.

Данное решение арбитражного суда вызвало много разногласий. Во-первых, арбитражный суд ввел прецедентное право, в то время как у нас в стране оно не действует. Во-вторых, обратил свое решение в «ретро», то есть распространил его на уже выполненные кредитные договоры. В-третьих, правительством подготовлен законопроект о потребительском кредитовании, в котором в исчерпывающем перечне разрешенных комиссий есть и комиссия за открытие и ведение ссудного счета.

Несмотря на то что само постановление об отмене упомянутых комиссий является достаточно спорным вопросом, нам удалось без лишних судебных разбирательств и скандалов решить его на уровне саморегулирования. Что является очень показательным примером того, как эффективно могут работать банки в рамках крупной корпорации.

Закон и порядок

НБЖ: Кризис дал толчок для активизации работы в законодательной сфере. Над какими законопроектами сейчас работает ассоциация?

Г. ТОСУНЯН: Сегодня мы работаем над 35 проектами. Некоторые из них уже находятся в стадии «боевой готовности». Например, законопроект «О национальной платежной системе», в написании которого АРБ принимала активнейшее участие. Проект уже прошел первое чтение в Госдуме, и вероятно, уже в этом году закон вступит в силу.

НБЖ: Вы уже упоминали о том, что сейчас обсуждается законопроект о введении мотивированного суждения. Какова его судьба? Поддерживаете ли вы эту инициативу?

Г. ТОСУНЯН: Ассоциация поддерживает идею использования мотивированного суждения при осуществлении надзора, однако есть некоторые разночтения в концептуальной части реализации этого механизма. С нашей точки зрения, мотивированное суждение не должно влечь за собой применение санкций в отсутствие правонарушения. Это вытекает из невозможности применения меры ответственности за деяние, не являющееся правонарушением. Наши оппоненты, в свою очередь, считают, что в некоторых случаях регулятор должен иметь возможность, ориентируясь на косвенные факторы, свидетельствующие о нарушении, применять санкции, даже если формальных отклонений от установленных нормативов нет. В качестве примера они приводят один из крупных банков, который через свою розничную «дочку» собирал вклады населения, а затем поступившими на корсчет деньгами кредитовал аффилированные структуры. При этом упомянутый банк соблюдал все нормативы Банка России, и несмотря на то, что при анализе финансовых потоков было понятно, что весь бизнес прокредитованных предприятий концентрируется на одном человеке, доказать их аффилированность было невозможно. Имея возможность действовать на основании мотивированного суждения, Банк России мог бы предпринять соответствующие санкции, предупредив тем самым вывод активов.

Однако давайте посмотрим, как право Центрального банка на привлечение к ответственности поднадзорных структур на основании мотивированной оценки может работать в другой ситуации. Например, на протяжении двух кварталов банк демонстрирует убытки. По существующим нормативам, Центральный банк должен у такой кредитной организации отозвать лицензию (правда, в рамках антикризисных мер это требование пока «заморожено», но рано или поздно оно снова вступит в силу). Зачем банк лишать лицензии из-за того, что он показывает убытки, если при этом мы видим, что он успешно развивается, а «минус» у него возник не потому, что он ведет рисковую политику, а потому, что активно вкладывает средства в развитие филиальной сети, ИТ-инфраструктуры и пр. Зачем по этой причине наказывать банк?

НБЖ: То есть мотивированное суждение должно использоваться как инструмент смягчения санкций?

Г. ТОСУНЯН: Не только. Оно должно иметь и жесткий вариант реализации. Но при этом все равно нельзя забывать принцип, о котором мы говорили, – ни в коем случае на его основе не должны применяться санкции, если отсутствует состав правонарушения.

Возможность применения гибкого подхода регулятором можно показать на примере механизма рефинансирования Федерального резерва США, который выступает в качестве кредитора последней инстанции для банков. Суть этого механизма заключается в том, что любой банк в случае возникновения дефицита ликвидности за 15 минут до закрытия баланса может обратиться в Федрезерв и получить необходимые средства по ставке рефинансирования до следующего дня. Понятно, что банки не злоупотребляют использованием данного механизма, потому что, во-первых, боятся привлечь к себе повышенное внимание надзорного органа, а во-вторых, предпочитают привлекать более дешевые средства на межбанке. Федрезерв, в свою очередь, может отслеживать ситуацию на рынке и быстро выявлять «больные точки». Но в данном случае важно то, что Федрезерв не спешит применять санкции при возникновении разрыва баланса у поднадзорного субъекта. Он дает кредитной организации возможность исправить ситуацию. И только при систематическом обращении за рефинансированием сначала проводит внеочередную ревизию, а затем – и только при обнаружении серьезных финансовых разрывов – вводит временное управление.

По такому же принципу должно работать и мотивированное суждение. Если банк ведет рисковую политику или появились косвенные признаки ухудшения его финансового положения, регулятор должен дать соответствующие рекомендации. И только когда игнорирование замечаний надзорного органа привело к отклонению от нормативов, можно применять санкции.

Иногда правовые коллизии, присутствующие в нормативной базе, реализуются на практике. В качестве примера можно привести опыт применения мотивированного суждения в рамках Положения №254-П. Согласно упомянутому документу, регулятор может потребовать от поднадзорного субъекта формирования резерва на возможные потери по ссудам в размере, определенном регулятором на основании мотивированного суждения, без возможности оспаривания такого решения. На практике реализация этого требования иногда приводит к тому, что кредитным организациям предъявляются требования о доформировании резервов на возможные потери по ссудам, которые уже были своевременно погашены к моменту вынесения решения. Очевидно, что, будь у организации право выносить мотивированное суждение об отсутствии необходимости формирования резервов в установленном пруденциальными нормами размере, а у надзорного органа – право согласиться с мотивированным суждением организации, система управления рисками стала бы гораздо более адекватной многофакторной объективной экономической реальности.

НБЖ: То есть в некоторых случаях при разработке нормативной базы регулятору не сразу удается «нащупать» золотую середину?

Г. ТОСУНЯН: Найти, как вы сказали, золотую середину, очень сложно. Нормативное регулирование банковской деятельности требует ювелирной настройки. Например, увеличение размера страхового возмещения по вкладам. В начале кризиса повышение этой планки позволило предотвратить отток вкладов из банковской системы. И сегодня страховое возмещение в размере 700 тыс. рублей покрывает большую часть вкладов. Повышение обозначенной суммы до 1 млн рублей может оказать благотворное влияние на рынок, так как будет стимулировать клиентов к отказу от «дробления» депозитов и к повышению сберегательной активности. Повышение суммы страхового возмещения до 3 млн рублей, о котором сегодня говорят некоторые депутаты, нецелесообразно. По моему мнению, повышение суммы страхового возмещения должно происходить очень аккуратно и параллельно со снижением размера страховых отчислений банков. Таким образом, мы сможем соблюсти баланс интересов. С одной стороны, удастся защитить интересы вкладчиков, а с другой – создать благоприятные условия для снижения процентной ставки по кредитам.

Деньги длиною в жизнь

НБЖ: Одной из основных проблем банковской системы является отсутствие источников «длинных» денег. Какие у нас сегодня теоретически существуют источники «длинных» денег?

Г. ТОСУНЯН: Можно назвать несколько основных источников: вклады, субординированные кредиты, средства пенсионных и социальных фондов. Но, к сожалению, два последних инструмента в нашей стране существуют пока только теоретически. В то время как во всем развитом мире, в частности в Соединенных Штатах, основными источниками «длинных» денег как раз являются пенсионные и социальные фонды. Система работает так, что деньги, аккумулированные в пенсионных и социальных фондах для обеспечения старости, являются источником для кредитования сегодняшних расходов. То есть происходит определенный виртуальный оборот денежных средств: деньги, отложенные в формате пенсионных накоплений, работают сегодня в качестве кредитных ресурсов. Но, как я уже сказал, у нас, к сожалению, данная цепочка не работает, потому что наши пенсионные и социальные фонды пока очень бедны и рассчитывать на них не приходится. Так, совокупный объем всех государственных и негосударственных пенсионных фондов составляет всего 5,5%, в то время как в развитых странах их объем доходит до 50%. Объем средств в страховых фондах еще меньше – 0,5%.

НБЖ: Сколько лет тогда потребуется России для того, чтобы сформировались такие фонды? Сколько лет, соответственно, банковской системе придется ждать «длинных» денег?

Г. ТОСУНЯН: Никогда не надо сидеть сложа руки и ждать. Нужно действовать и развиваться. Как скоро наша банковская система сможет приблизиться к мировым стандартам, будет зависеть от того, как мы сформулируем цель и какой путь мы выберем для достижения этой цели. У греков есть формула: не важно, где ты находишься, важно, куда ты идешь. Россия – очень богатая страна, которая обладает большими ресурсами и огромным потенциалом. Но нужно не только добывать нефть из недр страны, но и работать над развитием производственного сектора, сферы услуг и прочее. Если мы начнем внедрять новые технологии, перейдем на цивилизованную форму ведения бизнеса и стиля общения, будем внедрять прогрессивные методы управления, то уже в скором времени сможем шагнуть далеко вперед. Если же будем ждать, что звезды сойдутся на небосклоне так, что все проблемы решатся чудесным образом, то мы так и не сможем сдвинуться с мертвой точки.

НБЖ: Некоторые эксперты говорят о необходимости использования золотовалютных резервов. Возможно, стоит пустить эти деньги в банковскую систему, чтобы они работали?

Г. ТОСУНЯН: Одним из ключевых источников восстановления экономики России должны послужить накопленные в «тучные» годы золотовалютные резервы. При их эффективном использовании они являются наименее инфляционными, при том что главным источником роста цен в нашей стране является тарфляция, то есть инфляция, инициированная тарифной политикой монополий. Этот фактор оказывает негативное влияние на бизнес – влияние, по своей значимости соизмеримое с коррупционным давлением.

Сегодня на компании даже не так давят налоговые платежи, как коррупционный прессинг. Нелегальные платежи подчас в несколько раз превосходят налоговые выплаты. Не говоря уже о том, что начинаются сверхналоги и сверхпоборы, если участник бизнеса подпадает под какую-то надзорную санкцию. В условиях коррупционного и инфляционного давления теряет смысл работать добросовестно, кропотливо, по копейке накапливать депозиты, привлекать кредиты для расширения производства. У бизнеса нет уверенности в том, что завтра он сможет противостоять негативным факторам.

Необходимо сделать систему более прозрачной и обеспечить равный доступ к деньгам всех участников рынка. При этом нельзя забывать и о том, что поступление денег в экономику должно осуществляться через рыночные механизмы. Банки, работая на принципах срочности, платности и возвратности, являются эффективным инструментом финансирования субъектов экономики. Когда же государство выдает деньги «по списку» фактически под честное слово, то проследить движение финансовых потоков и оценить результативность предпринятых мер бывает очень сложно. Сегодня российская банковская система представляет собой мощную систему, способную обеспечить реализацию государственных задач по стимулированию отдельных отраслей и поддержке производственного сектора. При этом банковская система готова брать на себя ответственность перед государством, но при условии ответственного отношения к себе со стороны государства, заемщиков и их гарантов.

Меньше можно – больше нельзя

НБЖ: Центральный банк пытается контролировать ситуацию на депозитном рынке, указывая максимально допустимые ставки по вкладам. Насколько этот механизм эффективен?

Г. ТОСУНЯН: В пакете антикризисных мер на законодательном уровне было закреплено право Центрального банка применять санкции к отдельно взятым банкам в том случае, если кредитная организация предлагает доходность по депозитам выше установленного регулятором коридора. Но стоит отметить, что ЦБ проявил удивительную тактичность и все время пытался разговаривать с поднадзорными субъектами на языке рекомендаций. Замечу, что присутствие некоторого прессинга в сторону снижения ставок по депозитам может оказывать определенное положительное влияние: вслед за планомерным снижением ставок по депозитам будут опускаться и ставки по кредитам. Однако в данном вопросе, как и в любом другом, важно очень осторожно использовать административный ресурс, потому что в противном случае может нарушиться рыночный механизм саморегулирования.

Сегодня рекомендуемая ЦБ ставка рассчитывается на основании усредненных ставок по данным десяти крупнейших банков. Половина этих банков устанавливают запретительно низкие ставки, потому что они имеют избыточную ликвидность и деньги с рынка им в принципе не нужны. Низкими ставками они пытаются «отсечь» вкладчиков. Остальные же участники рынка вынуждены ориентироваться на первую десятку.

Мое мнение таково, что десять банков не могут служить указом для всего рынка. Во-первых, Центральному банку нужно для расчета брать данные более широкого круга участников рынка – первых пятидесяти банков или первой сотни. Во-вторых, необходимо создать дифференцированную шкалу рекомендуемых ставок для первой, второй, третьей сотни и так далее. Банки имеют разную структуру пассивов и активов, работают с разными сегментами рынка и проводят различную кредитную политику, поэтому нужен дифференцированный подход. При таком подходе банки смогут эффективнее использовать свои ресурсы, и это будет способствовать развитию конкуренции на рынке.

Капитальный вопрос

НБЖ: Известно, что в прошлом году банковская система преодолела первую планку по увеличению минимального размера капитала – до 90 млн рублей. В следующем году банкам предстоит взять новый рубеж – 180 млн рублей. И, как предусмотрено в проекте Стратегии развития банковского сектора, в следующий раз к вопросу повышения минимального капитала придется вернуться уже в 2015 году. В этот раз планка может быть повышена до 300 млн рублей. Как вы оцениваете данное решение?

Г. ТОСУНЯН: Я могу сказать по этому поводу только то, что каждая сторона, принимающая участие в дискуссии по поводу увеличения требований к капитализации, озвучивает свои весомые аргументы. С одной стороны, сокращение количества банков отрицательно сказывается на развитии конкуренции и диверсификации банковского рынка. С другой стороны, крупные игроки способны предложить рынку современные технологии, безопасность клиентского обслуживания и, наконец, обеспечить надежность банковской системы.

Я придерживаюсь такого мнения и говорил это недавно на совещании у Владимира Путина и на встрече с Алексеем Кудриным, что если мы поставили изначально цель довести минимальный уровень капитала банков сначала до 90 млн рублей, а потом до 180 млн рублей, то давайте сначала посмотрим, с какими результатами мы преодолеем эти планки, а потом уже будем ставить перед банками новые задачи. Если посмотреть на результаты первого повышения размера капитала, то они оказываются достаточно скромными. За 2010 год капитализация банковского сектора выросла на 2,4%. Если вычесть из объема капитала субординированные кредиты, которые банки привлекли в течение года, и полученные госсредства, то мы увидим, что капитализация банковского сектора с принятием данной меры не только не увеличилась, а, наоборот, сократилась.

Я считаю, что последние годы мы посвящаем вопросу повышения капитализации очень много времени и сил, хотя у нас есть более важные проблемы, которые требует решения. Например, доступность финансовых услуг, благоприятность условий для развития бизнеса у нас по-прежнему остаются одними из самых низких в мире. При этом в мировой практике существует странная закономерность: чем ниже уровень жизни в стране, чем ниже в ней темпы развития производства, тем выше требования к минимальному размеру капитала. Например, во Вьетнаме минимальный капитал составляет 170 млн долларов, в Пакистане – 170 млн долларов, в Мексике – 35 млн долларов, в то время как в странах Евросоюза – 5 млн евро, а в США – 100 тысяч долларов. Поэтому я убежден, что повышение требований к капиталу должно происходить очень медленно, чтобы банковский сектор не находился в постоянном состоянии шока, а мог планомерно развиваться и наращивать капитал. И все это должно происходить только в условиях «дедушкиной оговорки».

НБЖ: Известно, что ассоциация выступила с идеей создания института локального банка.

Г. ТОСУНЯН: Более того, мы предложили внести в проект Стратегии систему пропорционального надзора, согласно которой в зависимости от масштаба работы – локальный, межрегиональный, федеральный или международный – к банкам предъявляются различные требования по уровню капитализации, налогообложению и прочее. Наша идея базируется на том, что малые банки не несут в себе системных рисков, а потому за ними нужен и минимальный надзор. Если малый банк, работая в льготном надзорном режиме, вырос до таких размеров, что готов выйти на межрегиональный уровень, то соответственно он должен быть готов к тому, что требования со стороны надзора к нему станут гораздо жестче. Далее следует федеральный и международный уровни. Это нормальный эволюционный путь.

Если мы действительно хотим улучшить деловой климат в нашей стране и дать возможность бизнесу развиваться, то для начала нам необходимо создать надежную финансовую платформу. Кредитование открывает возможности для диверсификации бизнеса, способствует развитию конкуренции и созданию множества точек роста. Банковский сектор подпитывает экономику страны, двигает ее вперед. Но пока он не имеет достаточного объема ресурсов и инструментов, которые позволили бы изменить всю денежно-кредитную систему.

Нашу страну спасают от экономической бездны только ее баснословные богатства. В этом наше счастье и наша проблема. Если мы любим свою страну, то не должны вести себя как неблагодарные дети, которые «выкачивают» из матушки-природы все ее богатства. Наоборот, мы должны стремиться их сохранить и обогатить результатами своего труда. Тогда наша страна сможет шагнуть далеко вперед и занять лидирующие места в мировой экономике.

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Аналитика    Вчера 18:20

Вечерний комментарий Промсвязьбанка

Богдан Зварич, главный аналитик Промсвязьбанка.