Блокчейн и криптовалюты в финансово-банковской сфере. Часть 2: “полумифы” и экономико-правовые вызовы

27.12.2017   \  Точка зрения

Сергей Пенкин, заместитель начальника Аналитического департамента Ассоциации российских банков.

Финансовый рынок традиционно является одним из наиболее активных с точки зрения внедрения инноваций, в том числе технологических. При этом некоторые новшества, например, интернет, существенно меняют принципы функционирования финансовых институтов, рождают новые продукты и услуги, формируют новые каналы их предоставления.

С недавнего времени началась активная дискуссия о том, как блокчейн, смарт-контракты, криптовалюты и ICO (Initial Coin Offering: процедура формирования прав требований широкого круга инвесторов на виртуальные активы, чаще всего – новые криптовалюты) повлияют на развитие глобальной финансовой системы и даже мировой экономики в целом.

Поскольку тема стала очень модной, обсуждение перспектив применения этих технологий и механизмов сопровождается генерацией и популяризацией ряда “полумифов”, то есть представлений, имеющих рациональную почву, но гиперболизированных заинтересованными людьми.

Блокчейн в представлении уже достаточно большого круга лиц является фактором, который приведёт уже не только к появлению новой экономики, но и к революционным преобразованиям в бизнес-процессах и даже в системе человеческих отношений.

Представляется, что реальность будет скромнее. Так, созданные ещё в середине 1950-х годов банковские карты почти сразу были объявлены “убийцами” наличных денег, окончательное исчезновение которых прогнозировалось к началу XXI века. В действительности же наличные деньги продолжают успешно существовать. А сами банковские карты уже сейчас считаются морально устаревшей технологией по сравнению с электронными деньгами и теми же криптовалютами.

Блокчейн, конечно, существенно повлиял на экономику и его влияние будет расти и в дальнейшем. Но надо понимать, что вместе с новыми возможностями, как правило, возникают новые риски. Кроме того, внедрение новой технологии всегда сопряжено с масштабными финансовыми затратами, которые могут окупиться только тогда, когда она приведёт к существенному росту производительности труда и эффективности бизнес-процессов.

С этой точки зрения примечательна деятельность международного банковского консорциума R3 CEV, который был создан в 2015 году, в том числе с целью распространения блокчейна в финансовом секторе. Его основателями стали полтора десятка крупных транснациональных банков, к которым затем за 2 года присоединились десятки финансовых институтов. Но… со временем из числа его участников вышли такие крупные банки, как Goldman Sachs, JPMorgan Chase, Banco Santander. В связи с отсутствием официальной информации можно только догадываться о причинах подобных шагов: то ли это внутрикорпоративные конфликты, то ли банки разуверились в перспективе данной технологии, то ли решили внедрять её своими силами.

Таким образом, эффективное использование блокчейна требует всестороннего изучения и объективного анализа многих аспектов новой технологии, в том числе выявления рисков, которые могут реализоваться в долгосрочной перспективе.

В первую очередь, надо внести ясность в приписываемые блокчейну качества.

“Полумиф” №1. Блокчейн есть революционная технология

Не совсем так. Как уже отмечалось 1, блокчейн основан на электронной подписи и децентрализованном хранении информации. Это достаточно зрелые и апробированные технологии.

Блокчейн стал активно распространяться, в первую очередь, потому что повысилась скорость передачи информации, возросли вычислительные мощности, доступные рядовому потребителю, а это сильно сократило издержки на обработку и хранение единицы информации.

“Полумиф” №2. Блокчейн приведёт к демонополизации экономики

Распространение криптовалют сопровождалось пропагандой идеалистического мировоззрения о том, что, дескать, они в силу своей децентрализованности позволят человечеству отказаться от “диктата коммерческих банков и центральных банков”.

Реальность оказалась намного более прозаичной. Около 80% всех блоков Биткоина создаётся 7 майнерскими кланами (пулами) 2. Более того, 80% блоков генерируется в Китае 3.

Таким образом, то, что Карл Маркс называл “централизацией капитала4”, оказалось вполне актуально и для сугубо виртуальных экономических отношений.

Поэтому при всём своём демократизме к рядовому пользователю блокчейн-системы неизбежно столкнутся с тем, что по мере их эволюции особые права всё равно будут переходить к ограниченному кругу лиц.

“Полумиф” №3. Блокчейн более “эффективен”

Если понимать под эффективностью минимизацию находящейся в системе информации о каком-либо событии, то блокчейн является наименее оптимальной системой: вместо того, чтобы данные аккумулировались на одном узле, система распространяет их по всем изъявившим на то желание участникам.

Блокчейн не предполагает ни распараллеливания процессов обработки информации, ни взаимопомощи участников, что существенно снижает эффективность данной технологии.

Однако, как уже говорилось, по мере снижения стоимости передачи и хранения единицы информации этот недостаток становится всё менее значимым.

Если же речь идёт о скорости обмена информацией, то и здесь блокчейн не имеет сколько-нибудь существенных преимуществ.

Так, средняя скорость нахождения транзакцией своего блока в системе Bitcoin составляет 10 минут. Ещё некоторое количество времени, как правило, около часа, занимает подтверждение информации. Это меньше, чем большинство международных банковских переводов, занимающих от 2 до 7 суток в силу отнюдь не технологических, а процедурных ограничений (проверка клиента, соблюдение правил ПОД/ФТ, расчёты по корсчетам, подтверждение поступления средств на счета участвующих в операции банков и т.д).

Но это много больше, чем, например, время авторизации5 банковских карт, исчисляемое несколькими секундами.

К тому же, Visa и MasterCard проводят около 2000 операций в секунду, а Bitcoin – не более 10 6.

Эффективность блокчейна состоит в самой возможности создания децентрализованной системы как дополнения или даже альтернативы иерархической. Блокчейн оптимален тогда, когда существует относительно небольшое количество участников сети, для которых формировать централизованную систему нецелесообразно в силу затратности или нежелания наделять центрального контрагента экономической и политической властью.

Вместе с тем, надо помнить, что по мере увеличения числа участников системы и информационного трафика эффективность блокчейна в сравнении с централизованными системами будет снижаться в силу абсолютно объективных факторов.

“Полумиф” № 4. Блокчейн анонимен или, наоборот, публичен

Одним из основных принципов блокчейна является открытость информации, дающая возможность её проверки и перепроверки для подтверждения подлинности.

В то же время блокчейн, являющийся децентрализованной технологией, предоставляет возможность не требовать от конкретного пользователя его обязательной идентификации.

Тем самым формально пользователь остаётся анонимен, но по аффилированной с ним информации может быть де-факто идентифицирован.

Например, если с использованием блокчейна будет создан механизм регистрации прав собственности, то на основе информации об объекте сделки цедент (продавец) и цессионарий (покупатель) вполне могут опознать своего контрагента в системе и в дальнейшем следить за сделками друг друга.

Иными словами, блокчейн сочетает анонимность пользователя (декларируемую!) и отсутствие конфиденциальности принадлежащей ему информации.

“Полумиф” № 5. Блокчейн намного более безопасная система

С точки зрения сохранности уже находящихся в системе данных – это действительно так, потому что они хранятся не в одном месте, а на нескольких узлах.

Оставляя без рассмотрения возможность “атаки 50% + 1 узла7”, приходится констатировать, что рядовой пользователь чаще всего сталкивается не с потерей принадлежащих ему данных по вине хранителя, а с неправомерным доступом к ней со стороны третьих лиц, например, при так называемой “атаке посредника” (“man-in-the-middle”), когда третье лицо перехватывает и подменяет информацию, которой обмениваются корреспонденты, причём ни один из них не догадывается о его присутствии.

С этой точки зрения возможность похищения злоумышленником закрытых ключей пользователя не зависит от того, является ли система иерархической или децентрализованной.

Практически ежедневно поступающие новости о мошенничествах при ICO, кражах ключей от криптокошельков и даже взломах криптовалютных бирж показывают, что защита информации в блокчейне имеет намного более высокую значимость, чем при использовании иерархической “клиент-серверной” архитектуры. Ведь злоумышленники активно пользуются и будут пользоваться тем, что в силу децентрализованности блокчейна транзакции участников необратимы, при этом правового регулирования отношений, основанных на использовании блокчейна, не существует.

“Полумиф” № 6. Криптовалюты являются деньгами, пусть и несколько экзотичными

Чтобы получить статус денег, какой-либо предмет должен стать:

  • мерой стоимости;
  • средством обращения, платежа и сбережения.

На данном этапе криптовалюты есть всего лишь средство обращения. Чтобы стать средством платежа, они должны предполагать возможность длительной отсрочки времени совершения сделки от момента её оплаты. Именно этой цели служит поиск оптимального механизма смарт-контрактов. Без эффективной реализации этого алгоритма потребуется правовое регулирование и/или аналог центрального контрагента, следящего за соблюдением платёжной дисциплины, поскольку должник может легко сделать себе новый адрес и освободить себя от необходимости выполнять обязательства, связанные с прежними адресами. Но на современном этапе развития смарт-контрактов их применение пока ограничено.

Так, с помощью смарт-контрактов уже можно создать аналог эскроу-счёта или аккредитива, используемых при покупке товара. В момент совершения сделки средства на счёте покупателя блокируются до момента подтверждения получения товара покупателем. Если в течение согласованного сторонами срока товар не был получен, денежные единицы возвращаются на адрес покупателя.

Но как быть, если покупатель получил товар, подтвердив его получение и обеспечив поступление средств на счёт продавца, но по прошествии некоторого времени выяснилось, что товар оказался не того качества, как было оговорено?

Смарт-контракт не сможет дать надёжную гарантию правовой защиты после его выполнения в отличие от традиционного, зафиксированного на бумаге договора.

Тем самым применение смарт-контрактов пока может быть ограничено куплей-продажей стандартизированных товаров, например: торгуемых на бирже ценных бумаг. Но тогда возникает вопрос: “Если есть гарант исполнения сделки в виде центрального контрагента – биржи, – то насколько высока потребность в смарт-контрактах?”

Есть ещё одно важное препятствие с точки зрения отнесения криптовалют к деньгам. Поскольку криптовалюты есть децентрализованные платёжные системы, регулирование предложения данных денежных суррогатов осуществляется автоматически (путём изменения параметра “сложности” подбора хешей при формировании новых блоков, форков8 при превышении критического размера блоков и ряде иных менее значимых алгоритмов) и за счёт динамики курса криптовалюты.

Нужно всегда помнить о том, что создание криптовалюты есть бизнес-проект, имеющий целью рост её капитализации. Поэтому её предложение на растущем всегда будет менее динамично, чем спрос. И при этом механизма изъятия того, что называется “избыточной денежной массой”, при падении оборота криптовалюты не существует.

Поэтому в отличие от классических денег курс криптовалют всегда будет намного более волатилен, что будет стимулировать спрос на них как на спекулятивный инструмент, но не как на средство сбережения. Но самое главное: криптовалюта сможет стать мерой стоимости только тогда, когда её курс будет стабилен очень длительное время, исчисляемое минимум несколькими годами.

Таким образом, криптовалютам присуще крупное внутреннее противоречие.

С одной стороны, чтобы быть пользующимся спросом средством обращения, ей нужна децентрализованность и отсутствие государственного регулирования как гарантия фактора “крипто-”.

С другой стороны, наличие внутреннего или внешнего регулирования жизненно необходимо криптовалюте для того, чтобы стать средством платежа. А ограниченность маневрирования со стороны предложения приводит к высокой волатильности курса криптовалют, которая мешает им обрести статус средства сбережения, и, самое главное, стать мерой стоимости.

Важный нюанс заключается в том, что криптовалюты де-факто являются обеспеченными валютами. Непосредственным обеспечением является электроэнергия, служащая для создания блоков путём подбора хешей. Опосредованным обеспечением – вычислительные мощности. Другое дело, что электричество, служащее обеспечением, расходуется ужасающе неэффективно в силу отсутствия распараллеливания процессов подбора хешей.

Криптовалюта как вызов традиционным денежным отношениям

Таким образом, на современном уровне своего развития криптовалюты являются не более чем досадными конкурентами традиционным денежным единицам и финансовым институтам. При этом то, что они активно используются для совершения незаконных операций, легализации преступно нажитых доходов, не отменяет того факта, что в силу зарегулированности банков и иных финансовых институтов всё больше добросовестных клиентов начинают использовать их для более быстрых, удобных и анонимных платежей.

Однако настоящие проблемы для национальных финансовых систем и финансовых институтов могут начаться тогда, когда будут созданы возможности быстрого и относительно дешёвого создания блокчейн-систем9. Так, второе рождение может получить идея “свободных денег” немецкого экономиста Йохана Сильвио Гезелля.

В основе данной теории лежит отделение функций денег как меры стоимости и средства обращения (частично: средства платежа) от функции средства сбережения за счёт запрета на взимание процента. Более того, для стимулирования и поддержания высокой скорости денежного обращения при сохранении стабильных цен предлагалось законодательное обложение денег специальным налогом – демерреджем – чтобы снижать их номинальную стоимость (то есть реализовывать тем самым политику отрицательных процентных ставок).

Проводимые с 1930-х годов на основе данной теоретической конструкции эксперименты по созданию локальных денег показали, что создание такой денежной системы на начальном этапе резко повышает деловую активность за счёт отказа от дорогих и/или неэффективных традиционных денежных единиц. Однако в силу того, что лучшие с точки зрения оборачиваемости “свободные деньги” начинали распространяться на другие территории и тем самым подрывали национальное денежное обращение, регуляторы запрещали их хождение. Кроме того, из-за высокой скорости обращения денег возникали проблемы с аккумулированием ресурсов, необходимых для финансирования крупных проектов.

Криптовалюта даёт возможность ещё более эффективного использования локальных денег за счёт виртуальной среды обращения, децентрализации и лучшего контроля за совершением сделок со стороны участников рынка.

Представим, например, что в некоем населённом пункте есть продуктовый магазин, сотрудничающий с несколькими фермерами-поставщиками сельскохозяйственной продукции и одним мелкооптовым поставщиком всех остальных товаров (бытовая химия и т.д.). Магазин и фермеры при наличии доступной и дешёвой блокчейн-технологии смогут создать собственную финансовую систему на основе локальной валюты.

Магазин покупает у фермеров их продукцию и продаёт им товары из внешнего сектора.

Фермеры посредством криптовалюты обмениваются своей продукцией и продают излишки в магазин. На вырученные криптоденьги они покупают в магазине у внешнего сектора ту продукцию, которую не могут производить сами.

Таким образом, магазин становится финансовым институтом, на практике осуществляющим конверсионные операции между локальной и внешней финансовой системой, заменяя банк.

Если же кто-либо из участников (например, фермер, который поставляет продукты не только в вышеуказанный магазин, но и в торговую точку в соседнем районе, также работающую по технологии местных денег) будет использовать две и более криптовалют, то сможет стать аналогом биржи.

Поскольку криптовалюта обращается в виртуальном пространстве, можно легко прописать алгоритм её постепенного обесценения, чтобы стимулировать использование её как средства обращения и дестимулировать сберегательное применение.

Блокчейн уже стал основой некоторых локальных валют. Так, в 2014 году подмосковный фермер Михаил Шляпников создал локальную денежную единицу “колион”10, а в 2017 году с помощью ICO перевёл её в цифровой вид11.

Криптовалюта, в отличие от физических «свободных денег», позволяет создавать производственно-сбытовые кластеры, причём отдалённые друг от друга с точки зрения географии.

Например, добыча сырья производится в стране А, производство товаров – в странах Б и В, сбыт – в странах А, Б, В и Г. Транспортные услуги предоставляют компании, находящиеся в стране Г. Финансовое посредничество осуществляется за счёт криптовалюты, циркулирующей между участниками указанной экономической системы.

В отличие от общедоступных криптовалют, конфиденциальность операций с использованием теневых денежных суррогатов будет намного более высокой: информация обо всех платежах будет циркулировать среди ограниченного круга участников экономической деятельности, связанных круговой порукой. Однако в замкнутых экономических системах фактор анонимности будет действовать намного менее эффективно, что приведёт к возможности контроля добросовестности исполнения сделок и трансформации используемой криптовалюты из средства обращения в средство обращения и платежа. Тем самым появятся предпосылки для формирования рынка заёмного капитала с использованием криптовалюты.

У большинства участников системы сократится потребность в традиционных денежных единицах и ряде финансовых инструментов, например: векселях, аккредитивах, факторинге. Намного расширятся и возможности ухода от налогообложения.

Причём эффективность и самодостаточность данных кластеров и их внутренних валют будет тем выше, чем шире будет номенклатура производимой и потребляемой его участниками продукции, обеспеченность ресурсами, производственными возможностями и рынками сбыта. Таким образом, у криптовалюты и стоящих за ней лиц всегда есть стимул к расширению территории использования за счёт вытеснения традиционных денежных единиц.

При этом надо помнить, что в силу наличия тенденции к централизации капитала и, соответственно, богатств и денежных средств12, криптовалюты со временем будут иметь те же самые недостатки, что и традиционные денежные единицы, важнейшим из которых является концентрация в руках ограниченного числа лиц и институтов.

Между прочим, интересной возможностью для финансовых институтов может стать изменение принципов конкуренции. Сейчас конкуренция между финансовыми институтами в большинстве случаев идёт “за клиента”: победой в конкурентной борьбе за физическое или юридическое лицо является открытие его счёта и переход на обслуживание в той или иной структуре.

Блокчейн может стать стимулом к переходу к конкуренции “за конкретную сделку”. Например, клиент передаёт заявку на перевод в систему, а тот банк, который первым обработает её, получит причитающуюся ему комиссию.

Правовые вызовы

Использование криптовалют является дискуссионным вопросом в большинстве стран. Пока национальные регуляторы проявляют сдержанно-негативное отношение к этому денежному суррогату. Допуская, в целом, возможность совершения сделок с использованием криптовалют, большинство стран не желает придавать им статус легального средства платежа. Единственным значимым исключением стала Белоруссия, где, благодаря подписанному 21 декабря 2017 года декрету "О развитии цифровой экономики", разрешается «самостоятельно владеть криптовалютами, добывать их, менять, покупать и продавать за белорусские рубли и валюту, а также дарить криптовалюту и завещать. Причем ни одно из этих действий не будет считаться предпринимательством, а значит, его не нужно декларировать»13.

Однако весьма высока вероятность того, что активному распространению не только криптовалют, но и блокчейна воспрепятствуют даже не конкретные нормативные акты, но существующая правовая система в целом. Причина заключается в следующем. Законодательство основано на том, что конечным носителем прав и обязанностей всегда является конкретное лицо (человек, организация, ведомство), а не некий общественный институт или явление. Проще говоря, ответственность за достоверность информации несёт не информационная система сама по себе, а её оператор/собственник.

В блокчейне центрального контрагента или администратора с полными правами доступа нет, поэтому носитель ответственности неизвестен. А это проблема чрезвычайной важности.

Например, как уже отмечалось, при так называемой “атаке посредника” злоумышленник перехватывает и подменяет информацию, которой обмениваются корреспонденты, причём ни один из них не догадывается о его присутствии. Соответственно, возникает необходимость исправить недостоверную информацию. Но сделать это, если она уже встроена в блок, нельзя. Можно только провести корректирующую операцию; но кем, если у системы нет администратора? Только бенефициаром действий злоумышленника или им самим, а шансов на это очень мало.

Кроме того, человеку свойственно ошибаться. И блокчейн в силу необратимости операций после встраивания их в блок делает цену ошибок очень высокой. Так, в апреле 2016 года кто-то отправил 0,0001 BTC (3 рубля по тогдашнему курсу биткоина) с комиссией 291 BTC (около 9 миллионов рублей), видимо, перепутав поля ввода данных14.

Рассмотрим другой пример, не связанный с криптовалютами: как будет учитываться ведомствами и судами информация из сети блокчейн, регистрирующей, например, права собственности? Кем и на основании чего будет даваться выписка из соответствующего реестра? Любым участником, обладающим полной его версией по состоянию на дату предоставления выписки? Но тогда он будет ответственным за её достоверность с точки зрения существующих юридических принципов.

Поэтому распространение блокчейна потребует коренных преобразований в системе права, направленных на отделение информации о каком-либо факте от ответственности лица, её предоставившего, если его показания подтверждаются другими независимыми от него лицами (своего рода коллективная ответственность и при этом полное отсутствие индивидуальной ответственности).

Только устранив это противоречие, можно будет эффективно решить вопрос о правовых статусах токенов, криптовалют, процедур ICO. И то государство, которое найдёт решение этой весьма нетривиальной правовой проблемы, сможет претендовать на лидерство в области практического использования блокчейн-технологий.

Применение блокчейна также потребует изменения законодательства в области банковской тайны и персональных данных. Существующая концепция банковской тайны (упрощённо) подразумевает под таковой совокупность информации о номере счёта, его владельце и операциях по счёту. Блокчейн автоматически делает общедоступной информацию о номере счёта и его балансе, а также всех сделках, совершённых с его участием. Определить по нему владельца будет вполне возможно.

Поэтому ряд клиентов банков (особенно из числа корпоративных клиентов) неизбежно потребуют хранить о них информацию в защищённой от доступа посторонних централизованной системе.

На основе изложенного можно сделать следующие выводы.

  1. Блокчейн даёт возможность создавать децентрализованную систему обмена информацией между широким кругом участников, но наиболее эффективен он тогда, когда этот круг ограничен.
  2. На данном этапе криптовалюты в силу специфической модели предложения и высокой волатильности их курсов являются денежным суррогатом.
  3. По мере развития и удешевления блокчейн-платформ будут создаваться всё больше возможностей для создания финансовых микросистем и кластеров, в том числе международных.
  4. Правовой статус содержащейся в блокчейне информации на данном этапе вызывает большие вопросы и требует существенной реформы законодательных принципов.
  5. Высокая цена ошибок при использовании блокчейна требует разработки механизмов опротестования некорректных и мошеннических транзакций.
  6. Требования к сохранению конфиденциальности информации будут существенным препятствием в развитии блокчейна.

1https://arb.ru/b2b/trends/blokcheyn_i_kriptovalyuty_v_finansovo_bankovskoy_sfere_chast_1_ideologiya_prints-10151804/
2https://blockchain.info/pools
3http://coinews.io/ru/category/1-kripto/article/868-chto-budet,-esli-kitaj-zapretit-majning-bitkoina
4“… капи­тал сосредоточивается в огромных массах в одних руках потому, что там он исчезает из многих других рук. Это — собственно централизация в отличие от накопления и концентрации” (К.Маркс. Капитал. Критика политической экономии. Том 1. Глава 23)
5Под авторизацией банковской карты понимается получение разрешение банка-эмитента на списание средств с карты и блокировка соответствующей суммы для её последующего списания.
6https://blockchain.info/ru/charts/transactions-per-second?timespan=all
7Поскольку в блокчейн-системах вопрос достоверности информации решается простым большинством голосов, тот, кто контролирует 50% узлов и ещё один «голосующий» узел получает возможность вносить в систему любые изменения.
8Форком называется создание новой криптовалюты на основе и с сохранением уже существующей.
9Например, в результате развития платформы Ethereum.
10https://www.bfm.ru/news/294532
11https://lenta.ru/articles/2017/05/25/kolion/
12«С 1980 года 1% богатейших жителей мира получил вдвое больший доход, чем беднейшая половина мирового населения, то есть 1% людей за это время получил 27% всего мирового дохода, в то время как на половину населения планеты, относящейся к самым бедным слоям, пришлось только 13% совокупного роста» (https://vz.ru/news/2017/12/14/899673.html)
13http://www.comnews.ru/content/111115/2017-12-25/belorussiya-legalizovala-kriptovalyuty
14https://geektimes.ru/post/274994/

Часть 1

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Интервью    26.12.2017 13:37

Зампред ОТП Банка Александр Васильев: В рискованные сегменты мы не идем

Венгерская финансовая группа OTP Group представлена в России с конца 2006 года в лице ОТП Банка. За это время банк вошел в топ-55 крупнейших в России и занял второе место на российском рынке POS-кредитования. О том, как частному иностранному банку работается в России, об отно...

Новости АРБ    25.12.2017 10:33

Комитет АРБ по ПОД/ФТ: обзор механизма «реабилитации» физических и юридических лиц, включенных в «списки отказников»

20 декабря 2017 г. Государственная Дума РФ приняла в третьем чтении важный законопроект, вносящий существенные изменения в Федеральный закон от 07.08.2011 г. № 115-ФЗ «"О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Интервью    22.12.2017 14:37

Леонид Гильченко: Пенсионные деньги в рыночной экономике

Госдума в трех чтениях приняла бюджет на три года, где заложено продление моратория на пенсионные накопления, которые направляются на текущие расходы, вместо того чтобы инвестировать их с целью увеличения будущих пенсий. Есть ли шанс, что рано или поздно мораторий будет отмен...

Новости АРБ    22.12.2017 11:10

Комитет АРБ по ПОД/ФТ: обзор механизма ЕСИА

20 декабря принят закон о механизме удаленной (биометрической) идентификации. Законопроект №157752-7 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (о создании механизма интерактивной удаленной аутентификации и идентификации клиента кредитной организа...