Банковский сектор 2022: управляемый стресс

22.09.2022   \  Точка зрения

В 2022 году банковский сектор столкнулся с беспрецедентным внешним давлением, паникой клиентов и резким ухудшением операционной среды. Аккумулированный в последние несколько лет запас прочности и централизованные меры поддержки позволили сгладить прямое воздействие стресса, но часть потерь просто перенесена на будущие периоды, а для восстановительного роста нужны новые внутренние драйверы. Рассмотрим основные тенденции, сформировавшиеся в секторе в текущем году, и известные в условиях ограниченной прозрачности результаты работы банковской системы по итогам прошедших 8 месяцев. Беликов Юрий управляющий директор по валидации «Эксперт РА» о ситуации в банковском секторе.


Консолидация

Темпы ухода кредитных организаций с рынка значительно сократились. Регулятор снижает нагрузку на кредитные организации, испытавшие мощное внешнее давление и попавшие под влияние общего экономического спада, и не спешит с крайними мерами надзорного реагирования. Иностранные собственники российских кредитных организаций ограничены в продаже своих пакетов или не хотят фиксировать потери при реализации активов с большим дисконтом. Акционеры-резиденты также не могут выйти из банковского бизнеса без потерь в текущей операционной среде.

В моменте концентрация активов на крупнейших банках значительно не растет, потому что они теряют некоторую часть активов и клиентов из-за санкционных ограничений. Но в 2023 году консолидация сектора продолжится, и ее темпы ускорятся. Это будет обусловлено как активизацией сделок слияния и поглощения, в том числе в отношении банков с иностранным капиталом, так и еще большей концентрацией банковских операций на внутреннем рынке, где госбанки имеют все преимущества в конкурентной борьбе.

Снижение прозрачности

С весны регулятор и сами кредитные организации перестали раскрывать основной объем информации о своей деятельности, включая не только данные о собственниках и руководстве, но и все финансовые показатели. Ограничение доступа к финансовой отчетности не столько преследует контрсанкционные цели, сколько снижает вероятность проявлений паники на фоне неверных и поспешных интерпретаций ухудшения финансового результата, сокращения капитала и других наблюдений. Несмотря на стабилизационную направленность, это ограничение затрудняет оценку рискованности инвестиций и препятствует тем же сделкам M&A, делая невозможным предварительный дью-дилидженс. Можно ожидать возобновления раскрытия информации о кредитных организациях в 2023 году, но оно будет происходить постепенно и параллельно со снятием регуляторных послаблений по отражению потерь, ограничивающих репрезентативность текущей отчетности.

Девалютизация

Девалютизация сектора – это не новое явление, она активно шла еще с 2014 года. Сейчас можно наблюдать продление ограничений на выдачу наличной иностранной валюты, легализацию исполнения подсанкционными банками валютных обязательств перед юридическими лицами в рублях. Наиболее консервативные девалютизационные меры не касаются розничных клиентов напрямую, но это зачастую и не требуется – к конвертации валютных сбережений в рубли население побуждают несопоставимые с инфляцией процентные ставки, повышенные комиссии по валютным операциям и сложности с трансграничными расчетами и переводами. Основной отток частного капитала за рубеж уже произошел весной, а оставшиеся валютные счета основной массы клиентов в конечном счете будут переведены ими в рублевые. Этому также поспособствует затухание ожиданий по значительному ослаблению рубля.

Фондирование

Панический отток средств физлиц с банковских счетов был остановлен весной за счет повышения ключевой ставки. Последовавший цикл ее снижения проводился быстрее и решительнее, чем можно было ожидать. В результате привлекательность банковских вкладов значительно снизилась, но к новым масштабным оттокам это уже не привело, поскольку розничные инвесторы сильно ограничены в альтернативных инструментах размещения средств с умеренным риском. Сокращение розничного фондирования банков за полугодие незначительно и обусловлено снижением рублевого эквивалента его валютной части. Рост доли краткосрочных и среднесрочных депозитов в структуре ресурсной базы – следствие введения высокодоходных вкладов весной. Уже сейчас эти вклады по большей части погашены, а высвобожденные средства в условиях снизившихся ставок оседают на текущих счетах. Устойчивое срочное фондирование остается в дефиците.

В третьей декаде августа максимальная процентная ставка по рублевым вкладам в топ-10 банках снизилась до 6,8%. К концу года она может находиться в диапазоне 6,0-6,5% годовых. В 2023 году может возобновиться цикл снижения ключевой ставки, если это позволит динамика цен, но, с другой стороны, усилится конкуренция банков за устойчивое фондирование. В сочетании эти факторы обусловят инертность ставок по вкладам. Объем средств на счетах физлиц в банках будет стагнировать. Масштабный переток инвестиций в инструменты фондового рынка с учетом его нестабильности маловероятен. Заинтересовать розничных инвесторов могли бы фондовые инструменты с азиатских торговых площадок, но интеграция с ними и отладка инвестиционной инфраструктуры – задача долгосрочной перспективы, реализация которой в следующем году может только стартовать.

Финансовый результат

Как сообщил Банк России, совокупный убыток банков за первое полугодие составил 1,5 трлн руб. Эта величина не так страшна, как может показаться. По состоянию на начало года буфер абсорбирования убытков банковского сектора (сумма предельных величин потерь, которые может выдержать каждый банк без нарушения нормативов достаточности капитала, не считая надбавки) составлял около 6 трлн руб. Однако стоит учесть, что этот запас прочности распределен по кредитным организациям неравномерно. Кроме того, сохраняет действие комплекс регуляторных послаблений в отношении отражения потерь. Это значит, что далеко не все убытки отражены, а степень их влияния на устойчивость банков на индивидуальной основе может сильно различаться. С учетом этого возврат к положительному финансовому результату возможен не ранее 2023 года. При этом он снова будет измеряться сотнями миллиардов, а не триллионами рублей как в 2018-2021 годах. Вероятно, в целях сглаживания негативного эффекта еще не отраженных потерь Банк России будет отменять действующие послабления постепенно на протяжении всего 2023 года. Отдельным крупным банкам с большой вероятностью потребуются прямые докапитализации, а поддержка достаточности капитала всего сектора будет осуществляться путем оптимизации регулирования – пересмотра коэффициентов риска отдельных категорий активов (например, применительно к финансированию проектов перестройки экономики), сохранения требований по надбавкам к нормативам достаточности капитала в замороженном состоянии.

Источник - Эксперт РА

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.