Защита прав потребителей: правовая неопределенность и последствия для физлиц

14.02.2018   \  Практикующему юристу

Неоднократно банковское сообщество, обсуждая вопросы, связанные с оказанием финансовых услуг потребителям, призывало руководствоваться действующим законодательством, экономическими законами и здравым смыслом. Об этом - комментарии юристов ведущих банков и независимых экспертов.



Хабарова Мария, Советник Правового департамента Ассоциации российских банков.

Тема взаимоотношений банков с потребителями финансовых услуг, т. е. с клиентами – физическими лицами, является одной из самых острых и всегда актуальной. Почему? Да потому что она затрагивает интересы наиболее многочисленной группы клиентов кредитных организаций – граждан; и потому что физические лица чаще всего являются менее осведомленными в экономических и правовых вопросах в отличие от профессиональных участников финансового рынка, что зачастую является предметом для спекуляций «слабым» положением как у недобросовестных граждан, желающих обогатиться нечестным способом, так и у людей, строящих свои политические кампании на идее мнимой защиты людей от «злых» банков.

Неоднократно банковское сообщество, обсуждая те или иные вопросы, связанные с оказанием финансовых услуг потребителям, призывало руководствоваться действующим законодательством, экономическими законами и здравым смыслом, поясняя, что иные подходы могут нанести вред даже не столько банковскому бизнесу, сколько интересам физических лиц и государству в целом, что никак не может отвечать интересам банковского сектора. Зачастую банки, которые по природе своей могут быть только клиентоориентированными, демонстрируют большую лояльность, честность и следование букве закона при построении своих отношений с клиентами-физическими лицами, нежели многие «защитники прав потребителей», для которых такая защита и не является целью деятельности.

Так, например, банкам удалось после нескольких лет споров и кропотливой работы доказать правомерность своей позиции по вопросу об аннуитетных платежах, что позволило избежать увеличения процентных ставок по потребительским кредитам. Кто же в итоге выиграл в этой ситуации?

Наверное, когда прежде всего у потребителей (а не у тех, кто хочет на них недобросовестно заработать или на их некомпетентности сделать яркие, но бездумные, популистские шаги) появится понимание, что кредитные организации в большей степени заинтересованы в своей привлекательности для клиентов-физических лиц в сфере оказания финансовых услуг, чем кто-либо иной, многие вопросы будут сняты, появится больше разумности, осведомленности и легкости в диалоге с банками при решении возникающих вопросов.

В связи с этим мы решили обсудить вопрос о том, какие складывающиеся правовые подходы в решении актуальных проблем, связанных с защитой прав потребителей финансовых услуг, не соответствуют действующему законодательству и несут риск фактического нарушения прав потребителей, в том числе увеличения расходов потребителей.



Журбин Бронислав, Начальник управления судебной и административной защиты ПАО «РОСБАНК»

Правовая неопределенность в разрешении важных вопросов, касающихся защиты прав потребителей финансовых услуг, порождаемая отсутствием у территориальных органов Роспотребнадзора (РПН) единства правоприменения, заставляет не только банки тратить огромное количество временных и материальных ресурсов на бесполезные тяжбы, но и не позволяет гражданам осуществлять эффективную защиту своих прав как потребителей финансовых услуг, дезориентируя их, и так менее осведомленных в правовых вопросах, в правильном понимании действующего законодательства.

Полагаем, что в деятельности РПН должно быть больше предсказуемости и основательности, что придаст уверенности как гражданам – потребителям, так и банкам.

В настоящее время остается практически невостребованной новелла, внесенная в 294-ФЗ о защите прав юрлиц c 01.01.2017г. (закон от 03.07.16г. № 277-ФЗ). Речь идет о том, что при рассмотрении заявлений граждан – потребителей органы РПН должны учитывать «результаты рассмотрения ранее поступивших подобных обращений и заявлений, информации, а также результаты ранее проведенных мероприятий по контролю в отношении соответствующих юридических лиц, индивидуальных предпринимателей» (ч. 3.1 ст. 10) Конечно, данная норма не устанавливает преюдициальное значение результатов ранее проведенных проверок, однако полагаю, что цель новеллы в том, чтобы отсечь излишние проверки ранее вполне изученных вопросов (в частности, типовых документов кредитных организаций).

Следует помнить, что РПН действует непосредственно и через свои территориальные органы, которые, как представляется, должны занимать  сходную позицию.

Между тем, на практике нередки случаи, когда при проверках Банка одни и те же типовые условия банковских продуктов получают совершенно разную оценку тех или иных территориальных органов РПН.

Например, участились претензии органов РПН к договорной базе в части якобы ограничения права заемщика по запрету Банку уступать свои права по кредитному договору третьим лицам. Одни тер. органы РПН соглашаются с Банком и прекращают дела за отсутствием состава правонарушения (РПН Пензы), другие – отказываются выносить предписание и ограничиваются предупреждением (РПН Карелии), третьи – привлекают к адм. ответственности (но не Банк, а должностное лицо) (РПН Кемерово).

Полагаем, что необходимо дать четкое разъяснение нормы ч. 3.1 ст. 10 закона № 294-ФЗ на предмет возможности исключать случаи повторного предъявления претензий РПН к тем типовых формам банковской документации, которой ранее была дана позитивная оценка иными территориальными органами РПН при проведении проверок либо судом по спорам между РПН и Банком.

Тем самым, будет достигаться цель единства правоприменения, которая как таковая в полной мере соответствует принципу правовой определенности и формального равенства, как его понимает КС РФ.

Как неоднократно отмечал КС РФ, правовая норма должна отвечать общеправовому критерию формальной определенности, вытекающему из принципа равенства всех перед законом и судом (ст. 19, ч. 1 и 2 Конституции РФ), поскольку такое равенство может быть обеспечено лишь при условии ясности, недвусмысленности нормы, ее единообразного понимания и применения всеми правоприменителями; напротив, неопределенность правовой нормы ведет к ее неоднозначному пониманию и, следовательно, к возможности ее произвольного применения, а значит – к принципа равенства всех перед законом и судом (постановления от 25.04.1995г. № 3-П, от 15.07.1999г.  № 11-П, от 11.11.2003г. № 16-П, от 21.01.2010г. № 1-П).



Елена Ермолаева, начальник службы финансового мониторинга Департамента комплаенса и нефинансовых рисков ПАО «МТС-Банк»

Действия, направленные на защиту прав потребителей, в том числе физических лиц, признанных банкротами, не должны нести каких-либо негативных последствий для остальных граждан.

Однако в ряде случаев законодательство и нормативные акты трактуются неоднозначно, в связи с чем возникают сложности в правоприменении.

Например, существует различная судебная практика по вопросу закрытия счета клиента – физического лица, признанного банкротом, по заявлению назначенного финансового управляющего.

Кредитные организации регулярно сталкиваются с отказом финансовых управляющих предоставить оригинал документа, удостоверяющего их личность. Присылая по почте лишь заверенную собственноручно копию паспорта, управляющие чаще всего ссылаются на следующие причины:

1. Территориальная удаленность отделения банка, в котором открыты счета банкрота.
2. Большое количество банкротств, одновременно ведущихся одним управляющим.
3. Дополнительные расходы финансового управляющего (транспортные издержки, нотариальное заверение копии документа и пр.).

Такой подход, с которым Банк не согласен, прежде всего, вредит интересам самого гражданина.

Отказывая финансовым управляющим в закрытии счетов клиентов банков, признанных банкротами, только на основании предоставления копии паспортов управляющих, банки, прежде всего, исполняют требования действующего законодательства и нормативных актов Банка России. Тем самым банки защищают интересы гражданина-банкрота и минимизируют риски, связанные с совершением возможных неправомерных действий ненадлежащим представителем.

Согласно ст. 7 Закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» кредитная организация обязана идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, бенефициарного владельца.

Под «идентификацией» Закон № 115-ФЗ понимает совокупность мероприятий по установлению определенных данным законом сведений о клиентах, их представителях, выгодоприобретателях, бенефициарных владельцах, по подтверждению достоверности этих сведений с использованием оригиналов документов и (или) надлежащим образом заверенных копий (ст. 3 Закона № 115-ФЗ).

При этом законодательство не содержит требований к понятию «надлежащим образом заверенная копия», что и вызывает разногласие в трактовке.

В своем письме от 23.01.2017 г. № 12-1-5/67 Банк России подчеркнул, что финансовый управляющий является законным представителем физического лица, признанного банкротом, и, принимая во внимание абзац 7 пп. 4 п. 1 ст. 7 Закона № 115-ФЗ, подлежит идентификации как представитель клиента.

Согласно п. 8.6 Инструкции Банка России от 30.05.2017 № 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов»: «Для закрытия банковского счета должника в ходе конкурсного производства, в ходе реализации имущества гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, признанного несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий (финансовый управляющий) представляет документ, удостоверяющий личность, копию судебного акта об утверждении конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве)<…>».

При этом, к сожалению, приходится констатировать, что в настоящее время сформировалась разная судебная практика. В одних случаях суды считают правомерными отказы банков в закрытии счетов признанных банкротами граждан-клиентов банков по заявлениям финансовых управляющих без предоставления оригиналов документов, позволяющих осуществить идентификацию последних. В других – суды считают неправомерными такие отказы, указывая на обязанность банков в силу ст. 859 ГК РФ расторгать договоры банковского счета лишь по заявлению финансового управляющего.

Отказывая финансовым управляющим в закрытии счетов клиентов-банкротов в случаях непредставления финансовыми управляющими оригиналов документов, позволяющих осуществить идентификацию последних, действия банков в том числе направлены на соблюдение интересов граждан, минимизацию риска мошенничества, соблюдения нормативных актов ЦБ РФ.



Татьяна Поликарпова, Руководитель Отдела судебно-исковой работы Юридического департамента АО «КБ ДельтаКредит», член Комитета АРБ по банковскому законодательству и правоприменительной практике

Трудно не согласиться с тем, что участилось возникновение ситуаций, при которых те или иные действия уполномоченных лиц, связанные с защитой прав потребителей финансовых услуг, выглядят достаточно странно, поскольку такие действия, формально заявленные в качестве направленных на защиту прав потребителей, фактически ведут к ущемлению прав граждан - клиентов банков. Вот одна из ситуаций, в которой логику и разумность правового подхода, направленного на защиту прав потребителей, понять достаточно сложно.

При проверке исполнения законодательства о защите прав потребителей при выдаче кредитов на приобретение недвижимого имущества, Управление Роспотребнадзора выявило нарушение одним банком требований законодательства, которое заключалось во включении в ипотечный кредитный договор условия об очередности погашения денежного обязательства при недостаточности денежных средств для его исполнения полностью, в соответствии с которой задолженность по основному долгу погашается ранее процентов, начисленных за текущий период платежей.

На законодательном уровне этот вопрос урегулирован Гражданским кодексом Российской Федерации (ст. 319) и Федеральным законом "О потребительском кредите (займе)" (п. 20 ст. 5).

Гражданским кодексом сформулирован лишь общий основной принцип (который и был по мнению проверяющего органа нарушен банком), а именно: сумма произведенного платежа погашает проценты перед погашением основного долга, при этом имеется оговорка, что стороны могут предусмотреть иное.

Федеральный закон "О потребительском кредите (займе)" напротив очень детально прописывает порядок погашения требований, выделяя текущие требования в отдельную группу, и предусматривает погашение задолженности по основному долгу ранее процентов, начисленных за текущий период платежей. Такой порядок позволяет избежать противоречий в интерпретации закона, а также является более лояльным к заемщикам. Заметим, что точно такая же очередность была предусмотрена в ипотечном кредитном договоре, который был предметом проверки Роспотребнадзора. Тем не менее, в этой части данная норма не применима к ипотечным кредитам.

Очевидно, что погашение просроченной части суммы основного долга ранее процентов за пользование кредитом влечет уменьшение суммы долга, в связи с чем банк, желая пойти на встречу заемщикам, установил в ипотечных кредитных договорах очередность погашения обязательств хотя и отличную от закрепленной ГК РФ, но предоставляющую явную выгоду потребителю.

При обжаловании постановление о привлечении к административной ответственности в судебном порядке доводы банка об улучшении положения потребителя по сравнению с законом не были приняты судом во внимание. Не возымела эффекта также ссылка на Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации" о том, что соглашением сторон может быть изменен порядок погашения тех требований, которые названы в статье 319 ГК РФ (например, стороны вправе установить, что при недостаточности платежа обязательство должника по уплате процентов погашается после основной суммы долга). Арбитражный суд поддержал подход Роспотребнадзора в толковании закона, ограничившись поверхностным анализом ипотечного кредитного договора и выявив несоответствие с положением ГК РФ.

Очевидно, что подобный формальный подход судов весьма странен, поскольку игнорируется тот факт, что условия кредитного договора отвечает интересам потребителя, создавая банкам возможность снизить долговую нагрузку с добросовестных заемщиков, попавших в непростую финансовую ситуацию. Кредитные организации, в свою очередь, предполагали, что улучшение положения потребителя по сравнению с требованием закона не может быть признано ущемлением его прав.

Остается надеяться, что вышестоящие суды более внимательно вникнут в суть описанной проблемы и услышат аргументы банков. В противном случае придется вносить изменения в кредитные договоры, что может спровоцировать увеличение задолженности у заемщиков, а банки будут подвергаться несправедливому наказанию.



Елена Куличева, Вице-Президент ПАО «БАНК УРАЛСИБ», руководитель Комитета АРБ по банковскому законодательству и правоприменительной практике

Органы Роспотребнадзора, прокуратуры активно работают в сфере защиты прав потребителей. Какие только вопросы не возникают в этой сфере! И даже при неизменности законодательных норм зачастую оказывается, что основные участники, а именно банки, неправильно трактуют и применяют данные нормы…..

Так ли это? И всегда ли буквальное прочтение одной нормы и требование ее соблюдения, без анализа ситуации в целом, ведет именно к защите прав потребителей?

В конце прошлого года Верховный суд Российской Федерации поддержал позицию прокуратуры относительно способа выдачи кредита заемщикам – физическим лицам (Определение Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2017г. по делу № 310-КГ17-18628, далее – Определение).

Фактически банки обязываются выдавать кредиты без открытия заемщиком текущего счета и предоставляют заемщику право выбора формы получения кредита – в безналичном порядке либо наличными денежными средствами независимо от вида и суммы кредита. Мнение, что Определение не получит дальнейшего применения спорно. Позиция суда основана не только на отмененном в последующем Положении о порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения), утвержденном Банком России 31.08.1998 N 54-П, но и на нормах действующего законодательства.

Прокуратура увидела нарушение, а точнее ограничение прав заемщика в том, что кредитный договор банка предусматривает обязательное зачисление суммы кредита на текущий счет заемщика. То есть заемщик лишен права на получение кредита непосредственно наличными денежными средствами, что нарушает свободу договора и пункт 1 статьи 861 ГК РФ. А обязательное открытие банковского счета нарушает права гражданина открывать счета по своему усмотрению согласно статье 30 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности".

Действительно расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами без ограничения суммы или в безналичном порядке.

Однако кредитор обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором. А условия договора в рамках законодательства формируются не только по желанию заемщика, но и с учетом технологии кредитора и его желания, так как договор является соглашением сторон об установлении, изменении или прекращении их гражданских прав и обязанностей. Закон не предоставляет право одной из сторон диктовать условия договора.

Изменение договора, в том числе постановка вопроса открытия текущего счета в зависимость от воли заемщика, влечет не только изменение кредитного продукта, но и технологию его предоставления и последующего обслуживания.

Законом предусмотрено, что, если договор потребительского кредита (займа) предусматривает открытие кредитором заемщику банковского счета, все операции по такому счету, связанные с исполнением обязательств по договору потребительского кредита (займа), включая открытие счета, выдачу заемщику и зачисление на счет заемщика потребительского кредита (займа), осуществляются кредитором бесплатно.

Каким образом в этом случае обязательное открытие счета при предоставлении кредита нарушает права и законные интересы заемщика? Получив сумму кредита на свой счет, заемщик имеет возможность, как получить наличные денежные средства без комиссии, так и распорядится ими в безналичном порядке. Используемый в настоящее время банками порядок предоставления кредита через текущий счет заемщика увеличивает безналичный оборот в стране, отвечает нормам Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" и несет наименьшие риски для обеих сторон, прост в технологии и менее затратен.

Выдача наличных денежных средств в банке возможна только через кассу. Соответственно, в этом случае существенно сокращаются точки предоставления кредита, так как кассовый узел должен соответствовать нормам укрепленности, установленным Банком России. А теперь представим, что в одной точке банк выдает 2-3 ипотечных кредита наличными в день. С учетом установленного Банком России лимита наличных денежных средств в кассе потребуется не одна инкассация, иные операции в кассе (в том числе, например, выдача вкладов) будут просто заблокированы. При этом ухудшается криминогенная ситуация, увеличиваются риски, как банка, так и заемщика. Затраты кредитора при кредитовании в наличной форме увеличатся, что, соответственно, повысит стоимость кредита.

Большинство расчетов с физическими лицами осуществляются в безналичном порядке, что удобно и безопасно как для клиента, так и для банка. Сторонами договора используется удобный механизм безналичного погашения кредита через текущий счет заемщика. Данный подход увеличивал безналичные расчеты, обеспечивал прозрачность платежей и минимизировал риски сторон. Банки самостоятельно формировали условия предоставления заемных средств клиенту.

Позиция прокуратуры в части предоставления права выбора заемщиком порядка предоставления кредита, предлагает изменить этот подход.

При указанном подходе увеличение затрат кредитора неизбежно приведет к удорожанию стоимости кредитования (что в конечном итоге оплачивает добросовестный заемщик) и к уменьшению точек предоставления услуг.

Как правило, защищая чьи-либо права, преследуется определенная цель. Какая цель преследовалась в данном случае? Соблюдение закона, восстановление справедливости и баланса сторон? Чьи интересы защищаются в данном случае? Потребителя, который в случае принятия позиции прокуратуры, будет вынужден кредитоваться по более высокой ставке? Может быть, политики государства в части безналичных расчетов в свете Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма"?

Именного такое буквальное прочтение одной нормы и требование ее соблюдения, без анализа ситуации и законодательства в целом, ведет совершенно к иным последствиям …. А может быть «защитник» об этом и не задумывался, не его это зона ответственности.




Светлана Маркова, Директор Правового департамента АКБ «ИРС» (АО), член Комитета АРБ по банковскому законодательству и правоприменительной практике

Между органами Роспотребнадзора и банковским сообществом не первый год ведется спор по ряду правовых вопросов. Остановлюсь на одном из таких вопросов, связанных с неправомерным, на мой взгляд, привлечением органами Роспотребнадзоракредитных организаций к ответственности за включение в договоры потребительского кредита условий о необходимости информирования кредитора об изменении контактной информации, используемой для связи с заемщиком.

По мнению Роспотребнадзора, до заключения кредитного договора кредитор вправе запросить у заемщика всю необходимую информацию о заемщике. Но обязанность по предоставлению данной информации после заключения кредитного договора, в соответствии с ГК РФ, или иными нормативно-правовыми актами не может быть возложена на заемщика, т. к. действующее законодательство не предусматривает обязанности заемщика-гражданина после получения займа уведомлять кредитора о возникновении, изменении любых обстоятельств, способных повлиять на выполнение заемщиком обязательств по договору, поскольку это не может являться основанием для выдвижения кредитором требований о досрочном исполнении договора, в связи с чем, условия договоров, предусматривающие соответствующие положения об уведомлении кредитора об изменении адреса регистрации (прописки), места работы, паспортных данных (замене паспорта) ущемляют права потребителя.

Подобная позиция Роспотребнадзора прежде всего вводит в заблуждение заемщика, как потребителя финансовых услуг и приводит к неблагоприятным последствиям для заемщика, поскольку в случае если заемщик не уведомляет или несвоевременно уведомляет другую сторону об изменении контактной информации, он несет риск неблагоприятных последствий. Кредитор будет считаться исполнившим надлежащим образом обязанности по информированию заемщика, установленные законом или договором, если он направил уведомление по имеющемуся у него (прежнему) адресу, номеру телефона или электронной почте заемщика. К примеру, при направлении кредитором претензии (требования) заемщику, по имеющемуся у него адресу, претензионный порядок будет считаться соблюденным, и заемщик, не получивший указанную претензию, может лишиться возможности разрешить спор во внесудебном порядке, что, несомненно, приведет к увеличению размера его задолженности, а также возложению на него последующих судебных расходов.

В качестве примера, можно также привести возможные негативные последствия для заемщика, связанные с неуведомлением заемщиком кредитора об изменении паспортных данных при смене фамилии заемщика. Если погашение кредита производится заемщиком в отделении кредитной организации, то платеж по кредиту вероятнее всего, у него не примут, поскольку данные заемщика не будут соответствовать паспортным данным. Погашение кредита с помощью пластиковой карты также может вызвать для заемщика ряд сложностей при утрате или порче пластиковой карты, оформленной на другую фамилию.

Своевременное уведомление заемщиком кредитора об изменении места работы, особенно в случае если это повлияло на уменьшение размера его дохода, безусловно, в интересах заемщика, поскольку в указанном случае кредитор может предложить заемщику реструктуризацию задолженности.

Следует также обратить внимание на противоречие позиции Роспотребнадзора действующему законодательству:

1) обязанность заемщика по информированию кредитора об изменении контактной информации, используемой для связи с заемщиком, прямо предусмотрена ч. 15 ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон № 353-ФЗ). Указанная норма обязывает стороны определить в кредитном договоре порядок информирования, в связи с чем в условия соответствующих договоров включаются положения о том, что заемщик в определенные сроки (они, как правило, достаточно большие) должен уведомить банк об изменении контактной информации;

2) согласно п. 1-2 ст. 19 ГК РФ гражданин приобретает и осуществляет права и обязанности под своим именем. Гражданин обязан принимать необходимые меры для уведомления своих кредиторов о перемене своего имени и несет риск последствий, вызванных отсутствием у этих лиц сведений о перемене его имени.

Также в соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию;

3) в соответствии с п. 14 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (Закон № 115-ФЗ) клиенты обязаны предоставлять организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом, информацию, необходимую для исполнения указанными организациями требований настоящего закона, включая информацию о своих выгодоприобретателях, учредителях (участниках) и бенефициарных владельцах. Одним из таких требований является актуализация сведений о клиентах банка (пп. 3 п. 1 ст. 7 Закона № 115-ФЗ);

Очевидно, что предмет регулирования ч. 15 ст. 5 Закона № 353-ФЗ составляют ситуации, которые могут иметь место в период выплаты кредита, и складывающийся подход, при котором после заключения кредитного договора кредитор не вправе запрашивать всю необходимую информацию о заемщике, не логичен в принципе, т. к. представляется, что уведомлять об изменении контактной информации надо тогда, когда такое изменение произошло (в этом и заключается смысл нормы, заложенный законодателем).




Александр Баукен, к.ю.н., независимый эксперт, член Комитета АРБ по банковскому законодательству и правоприменительной практике

На практике всё чаще возникают споры кредитных организаций с потребителями по тем или иным вопросам в большинстве случаев по причине и недостаточной осведомленности граждан в правовом регулировании правоотношений, и в силу изъянов этого правового регулирования.

Так, на мой взгляд, одним из актуальных на сегодняшний день вопросов, в который бы хотелось внести ясность (для потребителей прежде всего), является вопрос относительно правомерности списания денежных средств со счетов клиентов банка на основании заранее данного акцепта. Как правило, это случается при погашения банком просроченных обязательств клиента по кредитному договору за счет денежных средств, находящихся не на том счете, с которого обычно погашался кредит.

В целом судебная практика поддерживает позицию банков о том, что условие о праве кредитора в случае недостаточности денежных средств на основном счете, с которого осуществляется погашение кредита, списать денежные средства с любых других счетов заемщика в банке не противоречит действующему законодательству. Подпись заемщика в договоре, содержащем такое условие, признается достаточным основанием для списания денежных средств с любых счетов заемщика.

Само по себе соответствующее условие в договоре не влечет для потребителей никаких негативных последствий и является удобным способом взаимодействия с банком в части исполнения денежных обязательств: банк сам в согласованный срок списывает необходимую сумму в счет погашения кредита и клиенту не нужно прикладывать к этому никаких усилий.

При наличии в договоре предусмотренных пп. 2.9.1. Положения Банка России от 19.06.2012 № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» сведений о порядке определения суммы акцепта, получателе, обязательстве и основном договоре, подпись заемщика подтверждает его надлежащее ознакомление и согласие с положениями договора, в том числе и о заранее данном акцепте. В этом смысле списание средств с любых счетов заемщика при нарушении его обязательств по кредитному договору также само по себе не должно нарушать его прав, так как обязательство существует и должно быть исполнено.

Вместе с тем наличие противоположных решений, а также соответствующих споров свидетельствует о существовании проблемы в понимании потребителями правил о заранее данном акцепте.

В частности, права заемщика как потребителя могут быть затронуты в следующих ситуациях:

1) Списание всех поступающих на счет денежных средств, обладающих «иммунитетом» от взыскания, указанные в ст.ст. 99, 101 ФЗ «Об исполнительном производстве». При этом заемщик может быть лишен средств к существованию и поставлен в худшее положение в сравнении с тем, как если бы взыскание осуществлялось в принудительном порядке. В ряде случаев при наличии описанных обстоятельств суды встают на сторону потребителей (см., напр.: апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 20.07.2017 по делу №33-11269/2017).

2) Списание денежных средств за счет денежных средств, размещенных во вкладе с потерей процентов по нему. Хотя судебной практики с такими обстоятельствами не встречалось, но теоретически подобная ситуация возникнуть может.

Кроме того, удовлетворяя иски потребителей и признавая условие о заранее данном акцепте недействительным суды ссылаются на ограничение права потребителя на согласование условия об акцепте (см., напр.: определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 05.04.2017 по делу №33-6844/2017); на толкование положений законодательства, в соответствии с которым акцепт может быть предусмотрен только для счета, открытого «непосредственно для обслуживания вклада» (аналогичным образом можно сказать и про кредит. См., напр: постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2015 №11-АП-17645/14).

На мой взгляд, проблема заключается, во-первых, в недостаточном информировании клиентов о заранее данном акцепте; во-вторых, в недостаточной теоретической проработке и нормативном регулировании заранее данного акцепта.

В качестве решения видится конкретизация на уровне акта Банка России или разъяснений Верховного Суда требований к доведению до потребителей информации о том, что заранее данный акцепт предполагает возможность списания денежных средств, в том числе и с зарплатных, и с вкладных счетов, причем как открытых на момент заключения договора, так и тех, которые будут открыты в будущем. Для решения второй из обозначенных проблем необходимо определиться с природой заранее данного акцепта – в первую очередь с тем, может ли он выступать своеобразным «обеспечением» обязательств по возврату кредита и должны ли на него распространяться ограничения, предусмотренные ст.ст. 99, 100 ФЗ «Об исполнительном производстве».



Сергей Будылин, юрист компании Roche & Duffay

Хотелось бы обратить внимание на проблему, с которой мне довелось столкнуться лично. Это проблема возврата части страховой премии при «кредитном страховании» в случае досрочного погашения кредита.

Как известно, страхование риска невозврата кредита заемщиком законом запрещено, но на практике чрезвычайно востребовано. Банки разрешают эту дилемму, заставляя заемщиков заключать и оплачивать договор страхования, но не невозврата кредита, а более хитрый. Это договор страхования жизни и здоровья заемщика, а также риска «потери работы» заемщиком. Судебная практика, к удовлетворению банкиров, в целом признает такие договоры «кредитного страхования» вполне действительными (хотя и с некоторыми оговорками). Это находит отражение и в разъяснениях ВС (см, например, п. 3, 13, 14, 16 Обзора судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг (Утвержден Президиумом ВС РФ 27.09.2017)).

Одна из проблем при этом состоит в том, что заемщик, погасивший кредит досрочно, обычно обнаруживает, что он все равно должен оплачивать страховку на весь первоначальный срок кредита. Именно так составлен типичный договор «кредитного страхования»: страхователь не может от него отказаться на будущее – или, вернее, может, но страховая премия, уплаченная им авансом за будущие годы, не возвращается.

Разумеется, подавляющее большинство заемщиков обнаруживает это неприятное обстоятельство лишь после досрочного погашения кредита. Лично я, например, покупая в автосалоне автомобиль в кредит, довольно тщательно просмотрел договор купли-продажи, изучил кредитный договор и банковские условия кредитования, прочитал страховой полис и даже пролистал две брошюры с общими условиями страхования, но вот до пункта о невозврате премии все же не дочитал...

Речь идет вовсе не о копейках. В моем случае страховая премия (не за сам автомобиль, а именно за «жизнь, здоровье и работу») за пять лет составила почти 20% от суммы кредита! После досрочного погашения кредита через два года мне очень захотелось получить часть премии обратно. Страховая компания, разумеется, отказала, ссылаясь на букву договора, так что пришлось судиться.

Суд я в итоге выиграл, хотя для этого пришлось дойти до апелляции. Свои требования я основывал главным образом на понятии «явно обременительных условий договора» (п. 2 ст. 428 ГК). На мой взгляд, именно эта норма, защищающая потребителя от явно несправедливых условий, записанных коммерсантом в стандартной форме договора присоединения, и должна применяться судами в подобных случаях. Увы, в этом я не нашел понимания судов. Однако апелляция нашла убедительным мой запасной аргумент, мне самому казавшийся менее весомым.

Аргумент состоит в том, что договор страхования является де-факто обеспечительным по отношению к кредитному договору, фактически страхуя невозврат кредита (что бы там не было написано в полисе). А если так, то при досрочном погашении кредита застрахованные риски прекращаются! Это дает страхователю возможность отказаться от договора страхования с возвратом пропорциональной части премии (абз. 1 п. 3 ст. 958 ГК).

Видимо, позиция апелляции была связана с тем, что ВС РФ в одном из своих судебных актов вроде бы поддержал (правда, как водится, с довольно невнятной мотивировкой) именно этот подход (См. Определение ВС РФ от 12.04.2016 № 49-КГ15-25).

Этот животрепещущий вопрос так и остается не разрешенным судебной практикой. Есть судебные акты как в пользу заемщиков-страхователей, так и в пользу страховщиков.

Минфин в августе 2017 года подготовил законопроект (номер в реестре Минфина - 02/04/05-17/00065999), согласно которому возврат пропорциональной части премии в подобной ситуации станет обязательным. Однако пока что проект, судя по его карточке на сайте Минфина, в Думу не внесен.

Неизвестно, будет ли принят новый закон и если будет, то когда. Даже в случае его принятия, он, видимо, будет регулировать только будущие договоры страхования. Между тем уже сегодня вопрос весьма важен для всех заемщиков, досрочно погашающих кредит.

Представляется, что Верховному Суду имеет смысл внятно сформулировать свою позицию по данному вопросу, будь то в конкретном деле или в обзоре практики.

Думается, вопрос о возврате части премии по «кредитному страхованию» при досрочном погашении кредита, несомненно, должен быть решен в пользу потребителей. На мой взгляд, рассматриваемая ситуация является идеальной для применения нормы о несправедливых условиях договора присоединения. То, что суды этого не видят, означает, что эта норма вообще не работает, во всяком случае, в судах общей юрисдикции. Что довольно печально...

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Аналитика    Сегодня 13:55

Россияне выбирают одну банковскую карту для всех ситуаций

Аналитика Ромир.

Аналитика    Сегодня 12:26

Fixed Income Daily, 18 июля 2019

Аналитика УРАЛСИБ.

Точка зрения    Вчера 18:11

Шанс у Libra есть

Власти США стремятся ограничить возможности технологических компаний по выпуску собственных криптовалют. По мнению законодателей, использование цифровой валюты таким большим количеством пользователей (у Facebook их около 2,38 млрд) может привести к разрушению финансовой системы...

Точка зрения    Вчера 16:56

Смогут ли смартфоны с технологией tap-to-phone заменить POS-терминалы и онлайн-кассы?

Не успела официально завершится кассовая реформа, как международная платежная система VISA предложила странам СНГ новинку, которая может стать аналогом онлайн-касс и POS-терминалов. Технологию протестировали во время саммита Visa Cashless 2019. По мнению директора бизнес-направ...

Это интересно    Вчера 14:47

Компания Маска сообщила о первых шагах для подключения мозга к компьютеру

Созданный Илоном Маском в 2017 году стартап Neuralink, в который предприниматель вложил $100 млн, чтобы сделать подключение человеческого мозга к компьютеру такой же безопасной и безболезненной процедурой, как и лазерная коррекция зрения. Об этом накануне на презентации в Сан-Фра...

   

Мы на Facebook