Рубль стал более чувствителен к потоку капитала, чем к изменению цен на нефть

09.07.2019   \  Интервью

МОСКВА, 9 июл — ПРАЙМ, Елена Лыкова. Фондовые рынки и глобальная экономика за последние десятилетия сильно изменились, российский рынок стал более зрелым и регулируемым. И если в начале нулевых отечественный фондовый рынок был во многом рынком акций, то сейчас акцент сместился на рынок долга. Как фондовый рынок реагирует на глобальные перемены, какие стратегии выбирают крупные частные инвесторы в новых условиях и на какие инструменты они делают ставку, стоит ли ждать продолжения роста рынков и что сейчас влияет на динамику рубля, рассказал в интервью агентству "Прайм" генеральный директор "Газпромбанк — Управление активами" Алексей Антонюк.

- В этом году "Газпромбанк — Управление активами" исполняется 15 лет. Что изменилось на нашем рынке за это время?

— С начала нулевых и ближе к 2008 году на нашем фондовом рынке постоянно происходили IPO, были активные сектора акций второго, третьего эшелонов, было достаточно большое количество участников и эмитентов. Ликвидность рынков в целом тоже была достаточно высокой. Сегодня количество игроков заметно уменьшилось. Рынок стал более зрелым, качественным и регулируемым. Я бы сказал так: если в нулевых фондовый рынок РФ — рынок роста и акций, то сейчас — больше рынок долга.

- Последнее время доходности по американскому госдолгу снижались. Эта тенденция продолжится? Можно ли ожидать снижения ставок ФРС США? И какую динамику можно ждать от рынка акций?

— Мы все-таки исходим из того, что определенное смягчение политики ФРС будет продолжаться, но при этом до конца года мы не ждем какой-то сильно повышательной динамики в облигациях. Почему? Потому что случился достаточно большой рост цен и снижение процентных ставок, ожидания снижения ставок ФРС уже в значительной степени заложены в цены. И если посмотреть на текущие цены с точки зрения мультипликаторов, спредов и стоимости рисков, то цены на облигации не представляются низкими, а находятся на историческом максимуме.

С другой стороны, каких-то существенных трендов, которые привели бы к снижению рынков, мы также не видим. Я даже больше скажу. Если политика ФРС будет еще более мягкой, чем рынок ожидает, то есть ФРС пойдет на агрессивное снижение ставок, и если еще запустит какие-то стимулирующие меры другого характера, то, конечно, рынки еще могут быть выше. И в первую очередь, будут выше те рынки, в которых есть carry trade (стратегия, основанная на разнице ставок – ред.), в которых реально высокие процентные ставки, потому что они будут расти на достаточно большом притоке денег с базовых валют.

Поэтому и американский рынок, и развивающие рынки пока что выглядят так, что их надо либо держать, либо где-то на локальных просадках докупать, нежели чем ставить в продажу и уходить с них. Аналогично с рынками акций.

- На carry trade на нашем рынке сейчас можно хорошо заработать?

— Конечно. Мы видим в последние несколько недель очень сильный рост ОФЗ, очень хороший спрос и укрепление рубля. Это все признаки того, что есть carry trade, иностранцы приходят на рынок, покупают.

- Какую динамику рубля до конца года можно ожидать?

— Я на самом деле считаю, что последние несколько недель движение рубля определялось больше конъюнктурными факторами, нежели чем какими-то системными. Поэтому, думаю, что все-таки рубль вернется к тому коридору, где он был в последнее время — на уровне 64-66 к доллару. И честно говоря, не вижу никаких особенных рыночных факторов для того, чтобы доллар торговался выше этого диапазона, и рубль был слабее. Цены на нефть показывают небольшую волатильность, но по нефти нет каких-то существенных просадок ниже 60 долларов (по марке Brent – ред.). А кроме всего, рубль стал более чувствителен к потоку капитала, чем к изменению цен на нефть.

Здесь еще важную роль играет то, что в условиях смягчения кредитной политики мировых центробанков поток капиталов на развивающиеся рынки будет присутствовать, что в принципе будет играть на укрепление рубля, чем на его ослабление, даже если нефть будет локально показывать слабость. Поэтому факторов для того, чтобы рубль падал, в ближайшей перспективе не наблюдается. Если, конечно, исключить, какие-то неожиданные события от геополитики.

С экономической точки зрения, факторов того, чтобы рубль сильно укрепился, я тоже сильно не вижу. С одной стороны, безусловно, текущая риторика и политика мировых центробанков будет говорить в пользу укрепления рубля. С другой стороны, в таком случае укрепление рубля будет сдерживаться. Поэтому, наверное, не стоит ожидать доллар ниже 60, но и пока не стоит ожидать, что доллар будет торговаться по 70.

- Заседание ОПЕК+ завершилось 2 июля. Стороны продлили соглашение на текущих условиях. Это было ожидаемо?

— В принципе все крупные мировые игроки на рынке нефти в продлении соглашения заинтересованы: что Саудовская Аравия, что Россия, что другие независимые производители. Но надо понимать, что сделка ОПЕК+ на высоких ценах на нефть работает, скорее, психологически. А если посмотреть на это с позиции голой математики, то она работает эффективно как раз тогда, когда цена на нефть низкая и нет возможности заместить выбывающее в рамках сделки ОПЕК+ предложение за счет другого предложения, например, сланцевых производителей, для которых при низких мировых ценах производство становится нерентабельным. Это хорошо показал опыт 2016 года, когда нефть начала расти после падения в район 30 долларов за баррель по марке Brent.

- "Газпромбанк — Управление активами" предлагает инвесторам акции биржевых компаний, работающих на нефтегазовом рынке США и Канады. Почему вы выбрали именно эти страны и этот сегмент, а не другие страны?

— История очень простая. Когда мы делали этот продукт, мы хотели дать инвесторам возможность вложиться в мировой нефтегаз, но именно в западном понимании, как он устроен. Это публичные компании с высокой рыночной капитализацией, цены на акции которых близко коррелируют с ценами на сырье. Если мы посмотрим на нефтегазовые компании с развивающихся рынков, то там значительное влияние на цены акций оказывают другие события, например изменения в налоговом законодательстве, оценке страновых рисков, дивидендной политике, и так далее. Здесь, безусловно, тоже есть подобные факторы, но они в гораздо меньшей степени присутствуют в динамике бумаг.

- Если посмотреть на наши нефтегазовые компании, они относительно западных компаний недооценены, то есть у нас тоже надо учитывать локальную историю при инвестировании?

— Я бы сказал так: если смотреть с точки зрения долгосрочной перспективы на иностранный нефтегаз, то это, скорее, инвестиция больше в коммодити-сектор с каким-то дивидендным потоком и каким-то апсайдом (прибылью – ред.) сопутствующего бизнеса. Если смотреть на наш нефтегаз, то это немножко другая история, другая в хорошем смысле этого слова ценность для инвесторов. Мы видим, что дивидендная доходность наших нефтегазовых компаний достаточно высокая. Есть все факторы к тому, что она в принципе при текущих ценах будет, как минимум, оставаться такой же, а скорее, даже расти.

Кроме того, наши нефтегазовые компании, имея достаточно хорошо диверсифицированный бизнес, становятся, что называется, только сильнее, когда происходит ослабление рубля. С точки зрения себестоимости, нашим компаниям помогает отчасти и налоговая система, и то, что затраты номинированы в значительной степени в рублях. Поэтому мы не стали смешивать отечественные и зарубежные компании в одном фонде, но на самом деле российский нефтегаз с точки зрения именно такой долгосрочной перспективы считаем очень привлекательным сектором, мы его держим в своих портфелях.

- Вы предлагаете инвесторам также зарабатывать на акциях индийских компаний. Вы по-прежнему считаете, что среди развивающихся азиатских рынков индийский самый перспективный?

— Этот ОПИФ по сути производная на индийский фондовый индекс. Почему мы его предлагаем? Численность населения Индии сопоставима с Китаем, но платежеспособность гораздо ниже. Рабочая сила в Индии также существенно дешевле. Потребительский спрос в Индии находится только в начале пути, и стоимость активов еще не отражает его полный потенциал. Кроме того, есть тенденция переноса производств из Китая в Индию.

Если будут серьезные торговые войны между Китаем и США, это заденет всех в той или иной степени. Нельзя сказать, что Индию это не коснется. Однако абсолютно понятно, что пока торговые войны между Китаем и США находятся в активной фазе, до Индии никому особо дела нет.

- Что насчет китайского рынка, у вас есть предложения для российских инвесторов?

— У нас нет сейчас предложений, связанных с китайским рынком. В условиях торгового противостояния с США в китайские акции мы не верим, потому что этот конфликт будет размывать акционерную стоимость китайских компаний. Мы изучали вопрос и китайского долга. Пришли к выводу, что при сопоставимых долговой нагрузке, кредитном рейтинге и масштабах бизнеса, по сравнению с компаниями других развивающихся рынков (и даже части развитых), доходность китайских бумаг зачастую ниже.

- Если говорить об облигациях в юанях, выпуск которых на нашем рынке уже несколько лет обсуждается, в чем причина, почему они никак не запускаются. Нет спроса?

— Спрос есть, и в первую очередь у тех компаний, которые ведут бизнес с Китаем, у которых есть денежные потоки в юанях, в конце концов для них — это тоже инструмент управления ликвидностью. Не знаю всех деталей, но тут сложность, скорее, лежит в области организационных, технических, возможно, нормативных нюансов, нежели чем в спросе.

- У "Газпромбанк — Управление активами" есть ПИФ, который нацелен на иностранных сельхозпроизводителей. У вас есть какое-то представление, куда сейчас движется мировое сельское хозяйство?

— Мы сейчас находимся в процессе трансформации инвестиционной стратегии этого фонда, потому что не видим какого-то существенного потенциала роста цен на продовольствие в обозримой перспективе. В мире сейчас достаточно высокий объем предложения, цены на многие продукты находятся скорее вблизи нижней границы многолетнего коридора. Высокие цены на продовольствие были в 2010-2011 году, то есть когда, например, была так называемая Арабская весна. Удорожание продовольствия в развивающихся странах было одним из источников этих событий, которые мы все наблюдали.

Сейчас на рынке появляется все больше новых производителей. А самый крупный из заметных производителей, который за последние десять лет на рынке появился — это Россия, потому что по зерну мы стали одним из крупнейших мировых экспортеров. Естественно, что на цены это тоже давит, и мы не видим новых драйверов для роста в этом сегменте.

- Есть ли у вас планы инвестировать в российские агропроекты?

— Если говорить не о публичном рынке, а именно о проектных инвестициях, например, инвестиции в тепличные хозяйства, другие инфраструктурные проекты в АПК, то да, такие специализированные решения для сегмента частных состоятельных инвесторов, мы периодически рассматриваем.

- И последний вопрос. Можете назвать несколько инвестиционных идей, которые смогут сработать в ближайший год или в ближайшие три-пять?

— На ближайшую перспективу, на мой взгляд, интересны ОФЗ, исключительно за счет фундаментальных факторов: постепенное замедление инфляции, снижение ставок, вероятно, это позволит заработать. В моменте цены немного выросли, но если произойдет коррекция, то это будет хорошая точка входа. Долгосрочно — это "Газпром". Я имею в виду, в первую очередь, акции "Газпрома". С точки зрения тех новостей, которые выходили по компании и с точки зрения дивидендов, и дивидендных же прогнозов, фундаментальная стоимость "Газпрома" должна быть существенно выше, и велик шанс, что она будет такой.

Источник

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Аналитика    Сегодня 12:32

Динамика потребительских цен: факты, оценки, комментарии

Обзор Банка России.

Аналитика    Сегодня 11:56

Fixed Income Daily, 16 июля 2019

Аналитика УРАЛСИБ.

   

Мы на Facebook