Нам пора понять, что нынешняя модель экономики больше не годится

18.12.2020   \  Интервью

Пандемию коронавируса стоило ожидать уже несколько лет назад, и это вовсе не "черный лебедь", а предсказуемое явление, вызванное дикой моделью экономического развития, которая разрушает биосферу. Так считает экономист, председатель совета директоров банка "Интеза" профессор Антонио Фаллико. В интервью корреспонденту ТАСС Рите Шпилевской, российско-итальянский банкир рассказал о том, что главной целью экономики должно стать здоровье человека, а не сверхприбыли и именно вакцина может стать реальной "инъекцией оптимизма", которая поможет бороться с болезнью и станет важнейшим фактором восстановления глобальной и российской экономики в 2021 году.

— Сейчас невозможно говорить о чем-либо, не упоминая пандемию. Почему все это случилось именно сейчас?

— Это действительно так. Но пандемию надо было ожидать. Уже семь-восемь лет назад были ученые, которые ее предвосхищали. Она стала следствием дикого экономического развития, которое нарушило биосферу, испортило и отравило окружающую среду. Переход вируса от животного к человеку упростился и облегчился. А когда этот вирус начал распространяться из Китая по всему миру, мир оказался к такому повороту не готов.

— Вы не просто экономист, но и человек, который имел возможность наблюдать за развитием ситуации с коронавирусом и в России, и в Италии. Как системы здравоохранения двух стран справлялись с пандемией?

— Что касается Италии, то там в течение многих лет происходило сокращение расходов на здравоохранение. Увы, но определенный тип экономического развития предполагал сокращение расходов на социальную сферу и медицину. Результатом стала тяжелая санитарная ситуация, когда пришел коронавирус.

В феврале этого года в Италию приехала китайская семейная пара, у которой заподозрили эту новую болезнь, их поместили в больницу. Через две-три недели выписали. Тем временем в Италии началось массовое заражение коронавирусом, масштабы которого наблюдал весь мир. Так произошло потому, что в стране просто не оказалось структур и подразделений, которые противодействовали бы таким вирусам. Перемешивание в больницах людей с различными патологиями привело к тому, что в течение многих дней они заражали друг друга. Помню, в марте был период, когда у итальянских врачей даже не было масок. Их просто не хватало физически! Не хватало даже защитных халатов.

Стоит отметить реакцию российской стороны на происходившее в Италии в те дни. Россия сделала очень широкий жест. Она направила военных врачей в эпицентр пандемии в Италии. Многие другие страны также показали близость Италии, но не были столь щедры, как Россия. Однако, повторюсь, сами итальянские структуры не соответствовали вызову и не были готовы к происходящему. Тогда, к великому сожалению, погибло и много итальянских медиков. Индекс заражения и смертности был высок чрезвычайно.

Кроме того, итальянские вирусологи все время ссорились и не могли договориться, что делать дальше. В итоге единственно возможной стала единственная мера — локдаун. В то время итальянцы чувствовали себя брошенными на произвол судьбы.

— В России тоже были введены жесткие ограничительные меры, все мы помним режим пропусков и закрытие бизнеса.

— Про Россию я могу сказать как человек с улицы, а не как специалист. Тут реакция была достаточно бесстрастной. Да, были приняты жесткие меры, но государство истратило и много денег на помощь малому бизнесу, крупным компаниям и простым людям.

Расскажу показательную историю. Один мой знакомый немецкий бизнесмен, который сейчас живет в России, сказал мне, что собирается поехать в отпуск в Берлин. Но при этом он уточнил, что не будет чувствовать себя там в такой же безопасности, как в Москве.

Тут, конечно, сейчас тоже не рай… Вот еще что важно. Во время пандемии в России продвигались научные исследования. Нравится кому-то или нет, но полученная российская вакцина — очень мощный инструмент противодействия болезни.

— Значит, вы верите в эффективность российской вакцины от коронавируса?

— Верю и считаю, что глупо использовать историю с вакциной как инструмент политической борьбы. Я располагаю неопровержимыми данными, что русская вакцина — реальный инструмент противодействия болезни. Скоро будет и вакцина, которая хранится не при аномально низкой температуре. Кроме того, есть лекарства против ковида. Скоро обещают аэрозоль, который защитит человека от заражения сразу на полдня. Очевидно, что в России идет развитие исследований.

— Как думаете, российская вакцина сможет получить регистрацию в Европе?

— Конечно, было бы полезно, чтобы российская вакцина была зарегистрирована в Европе.

Все серьезные вакцины, включая российскую, должны быть зарегистрированы везде. Все вакцины должны иметь равные права. А врачи и пациенты должны иметь возможность самостоятельно выбирать. Повторю еще раз: не надо превращать здоровье в инструмент политической игры или геополитической спекуляции.

Но, думаю, регистрация вакцины в Европе — дело нелегкое. Даже итальянский посол в России публично заявлял, что надо продавать и регистрировать российскую вакцину в Италии. Но нужно иметь в виду, что есть геополитические факторы. Однако я не полагаю, что их нельзя как-то обойти. И естественно, нужно понимать, что никто не захочет, чтобы российская вакцина была зарегистрирована в Европе первой.

Если не в январе, то в феврале в Европе тоже будет своя вакцина. Сейчас идет гонка за то, кто тут будет первым: Pfizer, Moderna или AstraZeneca. Вероятно, после регистрации этих прививок в Евросоюзе не будет препятствий для регистрации и российских вакцин. Далее — вопрос политической воли и возможности применить эти средства на практике.

Более того, я считаю, что, если бы у людей была свобода выбора, многие выбрали бы именно вакцину из России. Во время пандемии мне позвонил один очень важный европейский банкир, который меня всегда критиковал за "партизанские" взгляды, хотя я стараюсь быть беспристрастным. Он спросил, есть ли возможность организовать для него вакцинацию российским средством? Я ответил, что это трудно, поскольку нужно его физическое присутствие здесь. Тогда он попросил помочь приехать ему в Россию, которую всегда рассматривал только как страну, где можно лишь заработать денег.

Имейте в виду — та же вакцина от Pfizer пока не очень-то доступна европейцам. Я не знаю никого в Европе, кто мог бы получить там вакцину против коронавируса так же просто, как я мог получить ее здесь, в России.

— Похоже, что в 2021 году вакцины от коронавируса станут той необходимой инъекцией оптимизма для экономики?

— Лично я настроен положительно. Но ни в Европе, ни в России я не ожидаю механического отскока ВВП, V-образного роста, как многие это предсказывают. Мы привыкли рассуждать "автоматизмами": упал — встал. Но так не будет, в экономике слишком много факторов, которые надо учитывать. Естественно, этот год все закрывают плохо, кроме Китая, где будет рост около 2,6%. Среднее снижение экономики по миру — минус 4,3%. Но эти цифры ничего не говорят, так как в разных странах будет спад и минус 10% и больше, а где-то меньше, как в России. Но в общих чертах экономика выглядит как пустыня под названием "2020".

Что же касается вакцины, то это не просто инъекция оптимизма, это реальная инъекция, которая поможет бороться с болезнью. Если вакцинация будет массовой, то мы достигнем коллективного иммунитета. Он становится очень важным фактором, потому что восстанавливается "нормальность экономики". Если мы не полные ослы, то должны понять, что не годится модель экономики, которая существовала до сих пор. Не будет экономического развития без инвестиций в здоровье, культуру и социальную сферу. Коронавирус не просто изменил наш образ жизни. Он показал, что невозможно развиваться и существовать, если мы не будем инвестировать в социализацию человека. Мы должны задуматься, что конечной целью экономики является здоровье. Мы не можем приносить его в жертву во имя прибыли и личных интересов.

Поэтому мне приятно видеть, что в России на уровне российского правительства и президента принимаются решения, которые в деле развития экономики ставят вперед социальный аспект.

Пандемия — это не "черный лебедь", это предсказуемое явление, вызванное дикой моделью экономического развития, которая разрушает природу.

— Ну, если пандемия — не "черный лебедь", то не прячется ли он за итогами выборов в США для России и всего мира?

— Хороший вопрос. Это действительно существенный фактор для мировой экономики на 2021 год. В США сейчас выстраивается вторая линия Обамы. Америка столкнется с большими внутренними проблемами. Идеологически демократы остаются теми, кто противодействовал России под предлогом защиты прав человека. Но хватит ли у них дыхания, чтобы одновременно заниматься важными внутренними и внешними проблемами? Скорее всего, внутренние проблемы окажутся очень серьезными.

Все небелокожие американцы многого ждут от новой власти. Для них в стране даже не существует медицинской системы. По некоторым подсчетам, в США 46 млн человек не могут нормально питаться, 100 млн человек не имеют работы.

Как решать вопрос единства и сплоченности страны, когда власти должны что-то делать с проблемами такого масштаба? Хватит ли у нее дыхания, чтобы ими заниматься, а одновременно наращивать санкции и биться и с Китаем, и с Россией? Наверно, нет.

Развитие будущего экономического года зависит от очень большого числа факторов. Цена на нефть также зависит от того, какими будут темпы экономического развития. Эксперты в основном сходятся, что баррель будет стоить 50–55 долларов. Но это все теория. Конечно, нефть сейчас обесценена, но немножко фантазийны и разговоры о том, что традиционные источники энергии можно заместить альтернативной энергетикой. Я не думаю, что завтра утром нефть вдруг будет стоить как стакан воды.

Если Китай будет развиваться, если будет развиваться сотрудничество 15 стран Азии в рамках ВРЭП (Всестороннее региональное экономическое партнерство) — а я думаю, так и будет, — то, надеюсь, это даст надежду, и мотор экономики снова заработает. При этом цена на углеводородные энергоносители будет пропорциональна масштабу экономической активности. Полагаю, здесь тоже возможен рост.

— Рухнувшие цены на нефть весной подкосили российскую экономику накануне. Как вы оцениваете прочность нашей финансовой системы в этих беспрецедентных условиях?

— Мы все по-хорошему удивлены, что российский Центробанк показал мудрость, предвосхищение событий и осторожность. Мы с коллегами констатируем именно это. Монетарная политика разумная. Есть опасения инфляции, которая по итогам 2020 года может быть около 4,3%, но мы не далеки от прогноза и очень осторожны в том, что касается политики учетных ставок. Я комфортно себя ощущаю как глава крупного банка в России.

Также я полагаю, что на заседании 18 декабря совет директоров сохранит ключевую ставку.

— Финансовая система устояла, но как быть с еще одним разочарованием года — стремительно обесценивающимся рублем?

— Не скрою, что это удивило и даже доставило боль. Это не было оправданно. Геополитические факторы не должны диктовать курсы валют, ведь базовые показатели российской экономики сильные. Понятно, что те иностранные инвесторы, которые вернулись после предыдущих потрясений, снова ушли из российских активов. Но они действовали не под влиянием разума, а под влиянием эмоций. В ноябре в Россию вернулись инвестиции примерно на $100 млрд. Это мало, но это знак того, что они признают ошибку.

Однако не это главное. Главный мотив и причина обвала курса рубля — это ситуация в Белоруссии. Киргизия и Армения в меньшей степени на это повлияли. Но нож в ребро обменному курсу вонзила как раз ситуация в Белоруссии. Мы знаем, какое значение эта страна имеет для российской экономики. Увы, но это так. Нельзя говорить, что происходящее на бирже и с обменным курсом отражает реалии. В этой ситуации нужно было иметь очень эффективную систему коммуникаций не только на политическом уровне, но и со стороны банкиров, ЦБ. Но ситуация в Белоруссии развивалась слишком быстро.

— Значит, вы верите в фундаментальную недооцененность рубля и его укрепление в будущем?

— Все зависит от геополитики. Хотя стоимость рубля и привязана в основном к фундаментальным показателям экономики, рубль очень недооценен. Это не связано с покупательной способностью, так как внутренняя покупательная способность сохраняется. Все больше зависит от внешних факторов, не связанных с экономикой.

Пока воды не успокоятся — а когда это произойдет, мы не знаем, — курс российской валюты будет оставаться достаточно волатильным. Это как катание на американских горках.

— Не хочется завершать интервью обесцененным рублем. В этом году вам удалось провести Евразийский экономический форум в Вероне в "живом" формате, несмотря на все ограничения, и на нем уже было объявлено, что следующий форум состоится в октябре 2021 года. Вы верите, что пандемия может пойти на спад к этому моменту?

— Мы очень упрямые и уверены, что мы сможем провести форум с физическим присутствием участников. Может, для этого подарить Италии миллион доз "Спутника V"?

Я уверен, что мы форум проведем, так как полагаю, что "буйные времена" должны закончиться в июле-августе. Во всяком случае, именно так власти видят ситуацию. Я даже склонен полагать, что это немного консервативная оценка. Если вакцина реально и в нужном объеме появится в Европе в июне, то за два месяца вакцинироваться смогут 40–50 млн человек.

Что касается темы нашего следующего форума, то пока мы думаем и активно обсуждаем этот вопрос. Но я уверен, что будет много тем для обсуждения.

Источник - ТАСС

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Это интересно    05.03.2021 13:00

Цветы мировой экономики

Мировой рынок цветов круглогодично помогает людям дарить друг другу радость, а с точки зрения экономистов служит наглядным примером выгод глобализации и эффективной работы цепочек поставок под управлением «невидимой руки рынка». Дата публикации: 5 мар

Это интересно    05.03.2021 12:10

Макроэкономическая сила гендерного паритета

Гендерное равенство в экономике привело бы к взрывному росту ВВП, производительности, благосостояния и даже к росту зарплат доминирующих сегодня на рынке труда мужчин, показывают исследования. Правда, пока достижение такого равенства – вопрос 2,5 столетий. Об этом в материале "Эк...